Медицинский и социальный уход (Р)
Задания ниже — официальные файлы «Абилимпикс» (источник: abilympics-russia.ru), разложенные по категориям. Решения написаны по тексту задания, регламенту и критериям оценки; в них указано, что именно проверяет эксперт.
Школьник
14–16 лет, базовый уровень заданияВыдержка из официального конкурсного задания: страницы, относящиеся к категории «Школьник» (стр. 10–14 источника).
Пошаговое решение
Конкурсное задание категории «Школьники» — клинический сценарий: вы работаете медсестрой в нефрологическом отделении, где неделю лежит пациент 63 лет с хронической почечной недостаточностью. Он жалуется на резкую слабость, утомляемость, сухость во рту, тошноту, периодическую рвоту, сниженный аппетит и плохой сон, а на локтевом сгибе после частых внутривенных вливаний у него гематома. Модуль А идёт 60 минут: опрос и нарушенные потребности, план ухода, давление, температура, пульс и сатурация, согревающий компресс, помощь при рвоте и документация. Модуль Б вариативный, 30 минут: памятка для школьников по профилактике неинфекционных заболеваний и беседа в мини-группе, до 30 процентов содержания меняется экспертами за день до старта. Всего на два модуля отводится 1 час 30 минут. Порядок глав повторяет логику сестринского процесса: сначала разговор, потом план, потом руки.
Задача 1. До старта: принять площадку и подготовить рабочее местоДо старта · вне 60 минут модуля А
Таймер ещё не идёт, но именно эти минуты решают, будете вы в модуле А работать или искать тонометр с подходящей манжетой и вытирать стол под компресс. На площадке нужно осмотреть зону у кровати статиста, проверить каждый прибор до первого измерения и разложить две укладки — для согревающего компресса и для помощи при рвоте. Всё, что вы не проверите сейчас, придётся проверять в чужие минуты: на модуль А отведено 60 минут, и в них входят шесть этапов задания, включая беседу, четыре измерения и заполнение документов.
Действие 1.1. Осмотреть палату и рабочую зону
Шаг 1.1.1
Обходим зону у кровати статиста и убираем с тумбочки всё, что не понадобится: освобождается место под лоток и под секундомер. Кровать ставим на тормоза, боковое ограждение поднимаем с той стороны, где вы не работаете, а кнопку вызова персонала вкладываем пациенту в руку и показываем, как ею пользоваться. Проход между кроватью и стойкой оставляем не уже 90 сантиметров, потому что с лотком и компрессом вы будете разворачиваться, а не идти по прямой.
Организация и безопасность рабочего места — первый критерий модуля А, и он единственный, который можно взять до начала отсчёта 60 минут. Свободный проход и зафиксированная кровать нужны не для галочки: за час вы проходите мимо кровати не меньше десяти раз, и один задетый стул превращает измерение давления в повторное измерение, а пролитая вода из лотка — в объяснение с экспертом.
Проверьте три признака: проход свободен на ширину плеч, кровать не катится при нажатии на край, кнопка вызова лежит в руке пациента. Тумбочка должна стоять так, чтобы вы дотягивались до неё, не перегибаясь через больного.
Оставить стойку и стул в проходе «пока не мешают»: на этапе с лотком вы обходите их боком, вода плещется на пол, и эксперт фиксирует нарушение безопасности. Вторая ошибка — не зафиксировать тормоза, кровать отъезжает в момент накачивания манжеты, и цифру приходится получать заново.
Эксперт проходит по зоне в первые две минуты и смотрит ровно три вещи: проход, тормоза и кнопку вызова. По ним сразу видно, готовился участник к площадке или вошёл в неё впервые.
Шаг 1.1.2
Смотрим на свет и воздух: лампа должна освещать лицо пациента и ваши руки, а не бить в глаза, штора — закрываться, если статист лежит у окна. Проверяем, нет ли направленного потока от кондиционера или открытой форточки: при постановке согревающего компресса сквозняк сводит эффект процедуры к нулю. Температура в палате нормальная, если вам в ней не холодно в одной рабочей одежде, — ориентир 20–22 градуса.
Критерий «подготовка среды» в ведомости идёт вместе с организацией места, но проверяется глазами: плохой свет — самая частая причина, по которой участник не видит бледность кожи под манжетой или синеву под ногтями перед пульсоксиметрией. Сквозняк же прямо противоречит смыслу согревающего компресса, и эксперт это отмечает отдельной строкой.
Встаньте на место пациента: вам должно быть видно его лицо, а не тень от вашей спины. Проверьте тыльной стороной ладони, что от окна не тянет холодом, и убедитесь, что штора закрывается одним движением, а не заедает.
Работать в полутьме у окна, потому что «и так видно»: на компрессе вы не заметите покраснение кожи, а на осмотре — бледность. Вторая ошибка — открыть форточку «проветрить» перед процедурой и оставить её открытой.
Эксперт оценивает свет и воздух до этапа с компрессом: подходит к окну, проверяет, закрыта ли створка, и смотрит, падает ли лампа в лицо пациенту или вам на руки.
Шаг 1.1.3
Моем руки по технике: снимаем украшения и часы, намыливаем до запястий, трём ладони, тыльные стороны, промежутки между пальцами и большие пальцы не меньше 20–30 секунд, смываем и сушим одноразовым полотенцем. Надеваем маску, если её требуют правила площадки, и готовим перчатки рядом с рабочей зоной, но не на руках: на ощущении пульса и на наложении компресса перчатки только мешают. Часы с секундной стрелкой или секундомер оставляем на виду — без них считать пульс и время компресса нечем.
Гигиена рук — самостоятельный критерий, который снимают в течение всего модуля, а не один раз. Кроме того, руки без украшений и с короткими ногтями — это условие точности: под кольцом остаётся влага, а длинным ногтем невозможно нащупать пульс на лучевой артерии, не продавливая его. Секундомер нужен дважды: на подсчёте пульса и на контроле времени компресса.
Руки сухие, украшений нет, полотенце использованное и выброшенное, а не лежащее на тумбочке. Проверьте, что секундомер запускается одной рукой: второй вы в это время держите запястье пациента, и нажимать кнопку будет нечем.
Помыть руки один раз при входе и считать вопрос закрытым: перчатки и обработка нужны после контакта с рвотными массами и после снятия компресса, и это проверяется. Вторая ошибка — работать в кольце, объясняя, что оно не мешает.
Эксперт смотрит на руки на входе в зону и после каждого контакта с биологическими жидкостями, отмечая не только мытьё, но и момент, когда оно должно было произойти.
Действие 1.2. Проверить приборы и укладки
Шаг 1.2.1
Берём тонометр и подбираем манжету по обхвату плеча пациента: резиновая камера должна охватывать плечо так, чтобы её концы сходились, а свободного места под манжетой оставалось не больше двух пальцев. Проверяем герметичность: накачиваем манжету до 200 мм рт. ст. и слушаем, не шипит ли клапан и не сползает ли стрелка вниз за 10–15 секунд. Фонендоскоп собираем сразу: оливы в уши, мембрана на груди, трубки не перекручены.
Проверка прибора — часть критерия «точность измерений», и провал здесь обнуляет весь блок объективного обследования. Спускающий клапан на площадке — самое изношенное место: если он травит воздух, вы спустите манжету за две секунды вместо трёх миллиметров в секунду и получите завышенные цифры, по которым потом заполните температурный лист.
Манжета не сползает и держит давление: стрелка стоит на месте 10–15 секунд, клапан выпускает воздух плавно, без рывков. Мембрана фонендоскопа целая, звук слышен в обе оливы, трубки не перекручены, а под манжетой проходит один палец.
Измерить первой же манжетой, не глядя на обхват плеча: слишком узкая даёт завышенное давление на 10–20 мм рт. ст. Вторая ошибка — не проверить клапан и обнаружить травлю уже на пациенте, когда стрелка падает скачком.
Эксперт может попросить показать проверку герметичности и смотрит на два момента: делает участник это до первого измерения или уже на пациенте и не стравливает ли воздух рывком.
Шаг 1.2.2
Термометр готовим по типу: ртутный встряхиваем так, чтобы столбик опустился ниже 35,0, держа его над мягкой поверхностью, и проверяем, что капилляр не разорван; электронный включаем, дожидаемся нулей на экране и проверяем, что насадка целая и заряд есть. Пульсоксиметр включаем и надеваем на собственный палец: на экране должны появиться 97–99 процентов и пульс, совпадающий с вашим. Батарейки и запасную насадку держим рядом.
Гигиенический критерий и критерий безопасности требуют, чтобы прибор был исправен до контакта с пациентом: сломанный термометр на площадке — это не только потерянные минуты, но и риск травмы. Самопроверка пульсоксиметра на себе — единственный способ отличить плохое периферическое кровообращение у пациента от разряженного прибора.
Столбик ртути ниже 35,0, насадка без сколов, экран пульсоксиметра показывает ваши 97–99 и пульс, который вы сами насчитали. Если на своём пальце прибор даёт 90, он неисправен или ваш палец холодный.
Начать измерение температуры ртутным термометром со столбиком на 36,8 «он всё равно сбросится»: цифра будет завышена. Вторая ошибка — взять пульсоксиметр, не проверив его на себе, и потом объяснять эксперту, почему сатурация 88.
Эксперт смотрит, встряхнут ли термометр до 35,0 и проверен ли пульсоксиметр на своём пальце, — по этим двум движениям видно, работал участник с приборами раньше или держит их впервые.
Шаг 1.2.3
Собираем две укладки на одном лотке, чтобы не бегать за ними в середине модуля. Для компресса: марля, сложенная в 6–8 слоёв размером примерно 20 на 30 сантиметров, кусок клеёнки или вощёной бумаги на 2 сантиметра шире марли с каждой стороны, вата слоем 2–3 сантиметра, бинт шириной 10 сантиметров, ёмкость с раствором и таймер. Для рвоты: почкообразный лоток, клеёнка или полотенце, стакан с водой для полоскания рта, салфетки, перчатки и ёмкость с дезинфицирующим раствором.
Укладка — это критерий «готовность к процедуре» и одновременно экономия времени: на модуль А дано 60 минут, и каждая ходка за ватой отнимает минуту у документации, которую заполняют последней и всегда в спешке. Слои компресса подобраны не случайно: марля проводит раствор, клеёнка не даёт ему испаряться, вата держит тепло, и если хоть один слой забыт, процедура превращается в холодный влажный компресс.
Разложите всё на лотке и мысленно проговорите порядок слоёв: марля, клеёнка, вата, бинт. Проверьте, что размер клеёнки больше марли — это видно на глаз, и именно этот слой чаще всего забывают.
Положить клеёнку того же размера, что и марля: края испаряют раствор, и компресс остывает через час вместо шести. Вторая ошибка — не приготовить лоток для рвоты заранее и искать его, когда пациента уже тошнит.
Эксперт подходит к лотку до старта этапов и пересчитывает слои вместе с участником: марля, клеёнка, вата, бинт. Отдельно он смотрит, есть ли ёмкость с дезраствором и вода для полоскания.
Задача 2. Модуль А: выяснить жалобы и нарушенные потребностиМодуль А · этап 1 из 6 · первые 12 минут
Первый этап модуля А — разговор. Участник должен провести беседу и опрос пациента или его родственников, а затем на основании услышанного назвать нарушенные потребности. В клинической ситуации пациенту 63 года, он неделю лежит в нефрологическом отделении с хронической почечной недостаточностью, жалуется на резкую слабость, утомляемость, сухость во рту, тошноту, периодическую рвоту, сниженный аппетит и плохой сон, а на локтевом сгибе у него гематома после частых внутривенных вливаний. Здесь набирается самая большая часть баллов за коммуникацию и клиническое мышление, и здесь же участники теряют их больше всего, потому что торопятся перейти к приборам.
Действие 2.1. Провести беседу и опрос
Шаг 2.1.1
Подходим к пациенту с той стороны, где он вас видит, садимся или присаживаемся на уровень его глаз, называем себя по имени и роли: «меня зовут так, я буду рядом следующие полчаса». Уточняем, как к нему обращаться, и проверяем, тот ли это человек: имя, отчество и дата рождения или номер палаты. Голос обычной громкости, темп спокойный, руки на виду, дистанция — вытянутая рука.
Критерий «коммуникация и установление контакта» открывает модуль А, и эксперт смотрит на первые тридцать секунд: представился ли участник, сел ли он, не говорил ли сверху вниз. Пациенту 63 года, он ослаблен и напуган, и от того, состоялся ли контакт, зависит, расскажет ли он про тошноту и бессонницу, которые и есть основа всей дальнейшей работы.
Пациент назвал вас по имени, кивнул на вопрос о самочувствии и сам начал говорить. Если он отвечает односложно и смотрит в сторону — контакт не установлен, вернитесь к началу и переформулируйте.
Говорить стоя над кроватью и сразу задавать вопросы списком: пациент закрывается, и половина жалоб остаётся неозвученной. Вторая ошибка — не представиться, тогда все последующие вопросы выглядят как допрос.
Эксперт фиксирует представление, положение участника относительно пациента и тон голоса, причём оценивает это до того, как прозвучит первый клинический вопрос.
Шаг 2.1.2
Начинаем с открытого вопроса: «что вас больше всего беспокоит?» — и даём договорить, не перебивая. Дальше уточняем по одной теме за раз: когда появилась слабость, усиливается ли к вечеру, сколько раз за сутки бывает тошнота и была ли рвота, что она принесла облегчение или нет, какой вкус во рту, сколько воды пьёт и сколько мочи выделяется. Каждую жалобу закрепляем цифрой: «два раза за ночь», «полстакана за сутки».
Субъективное обследование — отдельный критерий, и он оценивается по полноте: в задании прямо перечислены слабость, утомляемость, сухость во рту, тошнота, рвота, сниженный аппетит и плохой сон, то есть семь жалоб, и каждая должна быть выяснена. Цифры нужны не для красоты: по частоте рвоты и по суточному диурезу потом выстраивается приоритет вмешательств и обосновывается план ухода.
Проговорите вслух список: слабость, утомляемость, сухость во рту, тошнота, рвота, аппетит, сон. Если по какой-то теме пациент не сказал ничего, задайте вопрос прямо, а не помечайте «нет».
Задать десять вопросов подряд без паузы: пациент отвечает «да-да» на всё и путается в хронологии. Вторая ошибка — принять общую фразу «плохо себя чувствую» за полный ответ и не разузнать ни частоту рвоты, ни диурез.
Эксперт слушает беседу с ведомостью в руках и отмечает темы, о которых участник не спросил: частоту рвоты, диурез, аппетит и сон. Каждая пропущенная тема — отдельная строка в его записи.
Шаг 2.1.3
Отдельно расспрашиваем про то, чего в жалобах нет, но что меняет уход: спит ли ночью, встаёт ли в туалет, нет ли зуда и сухости кожи, какая была масса тела год назад и сейчас, как быстро устаёт при ходьбе до туалета. Спрашиваем про гематому: когда появилась, болезненная ли, не увеличивается ли, и предупреждаем, что на этой руке мы не будем измерять давление и брать кровь. Заканчиваем вопросом «что бы вы хотели, чтобы я сделал в первую очередь?».
Это критерий «полнота и целенаправленность опроса»: он отличается от простого перечисления жалоб. Гематома на локтевом сгибе прямо влияет на технику измерения АД, и если участник об этом не спросил и потом наложит манжету на гематому, потеряет баллы сразу в двух критериях — коммуникации и безопасности.
Вы знаете, на какой руке гематома, как давно она появилась и болезненна ли; спросили про сон, кожу, диурез и массу тела; пациент назвал своё главное желание. Если хоть один пункт пуст, вернитесь к нему до перехода к приборам.
Ограничиться вопросами из задания и не спросить про руку: тогда манжета ложится на гематому, пациент морщится, а эксперт снимает баллы за безопасность. Вторая ошибка — не спросить про диурез, из-за чего план ухода теряет ключевое вмешательство — контроль выделенной мочи.
Эксперт отмечает вопросы сверх шаблона — про руку с гематомой, про кожу, про диурез: именно они показывают, думает участник о пациенте или проговаривает заученный список.
Шаг 2.1.4
Если статист играет и родственника, и пациента, уточняем у него, кто чаще бывает рядом и кому можно задавать вопросы о быте. Речь держим в рамках: не обсуждаем диагноз и прогноз, не называем цифры анализов, не обещаем выздоровления. Всё, что услышали, повторяем своими словами: «правильно я понял, что тошнит вас в основном утром и после таблеток?» — и ждём подтверждения.
Критерий «этика и конфиденциальность» проверяется по формулировкам: школьник, увлекаясь, легко начинает объяснять пациенту, что у него «почки отказали». Кроме того, пересказ услышанного своими словами — единственный способ убедиться, что вы поняли жалобу правильно, а не подставили своё предположение.
Пациент подтвердил пересказ, вы не произнесли ни прогноза, ни цифр анализов. Проверьте себя по одному вопросу: сказали ли вы что-нибудь, чего не имеете права говорить медсестра без врача.
Начать объяснять пациенту механизм почечной недостаточности, чтобы «успокоить»: это выход за границы роли и потеря баллов за этику. Вторая ошибка — пересказать жалобы своими словами, но не дождаться подтверждения.
Эксперт слушает формулировки и ждёт одного: не сказал ли участник пациенту ничего о диагнозе, прогнозе и анализах. Это проверяется по произнесённой фразе, а не по намерению.
Действие 2.2. Определить нарушенные потребности
Шаг 2.2.1
Берём базовую схему потребностей, по которой работает сестринский процесс, и проходим её по порядку, отмечая только то, что действительно нарушено. По этой ситуации выходят питьё и еда — сухость во рту, тошнота, сниженный аппетит; выделение — изменение диуреза; сон — плохой сон; движение — резкая слабость и утомляемость; личная гигиена — сухость кожи; безопасность — риск падения из-за слабости и гематома после вливаний.
Задание требует не просто перечислить жалобы, а определить нарушение в удовлетворении потребностей, и это отдельный критерий с собственным весом. Разница принципиальна: жалоба — слова пациента, потребность — то, что из-за болезни он не может делать сам, и именно на неё строится план ухода.
У вас получился список из пяти-семи пунктов, и каждый связан с конкретной фразой пациента. Проверьте обратный ход: на каждую нарушенную потребность вы можете назвать жалобу, из которой она выведена.
Переписать жалобы подряд и назвать это потребностями: эксперт видит, что анализа не было. Вторая ошибка — отметить всё, включая дыхание и температуру, которых пациент не нарушал: список теряет смысл.
Эксперт просит назвать нарушенные потребности отдельно от жалоб и проверяет обратный ход: на каждую потребность участник должен назвать фразу пациента, из которой она выведена.
Шаг 2.2.2
Расставляем приоритеты: первым идёт то, что угрожает жизни и мешает лечению, дальше — то, что мучает пациента сильнее всего. В этой ситуации наверх выходят питьё и питание с тошнотой и рвотой, потому что обезвоживание и потеря электролитов при почечной недостаточности опаснее всего; следом — контроль диуреза и безопасность из-за слабости и риска падения. Сон, гигиена и гематома идут вторым рядом.
Критерий «приоритизация проблем» отдельный, и он показывает клиническое мышление: при пяти-семи нарушенных потребностях план должен начинаться с угрожающих, а не с самых заметных. Ошибка приоритета ведёт к ошибке действий: если первым поставить плохой сон, участник потратит минуты на разговор о сне, а рвоту будет отрабатывать в конце, где уже некуда торопиться.
Проговорите приоритеты вслух и объясните, почему первый именно такой. Проверьте: если пациент прямо сейчас пожалуется на самую тяжёлую проблему, ваш первый шаг совпадёт с вашим первым приоритетом.
Поставить первым пунктом то, что громче звучало в жалобах: обычно это слабость. Вторая ошибка — расположить потребности по порядку схемы, а не по тяжести. Тогда рвота отрабатывается в конце, когда время уже вышло, и этап остаётся неоценённым.
Эксперт задаёт вопрос «какая проблема главная и почему» и слушает обоснование: верный ответ без доводов он засчитывает наполовину, потому что приоритет должен быть выведен из состояния пациента.
Шаг 2.2.3
Формулируем проблемы словами пациента, а не диагнозом: не «хроническая почечная недостаточность», а «тошнит после еды, из-за этого почти не ест» и «слабость такая, что до туалета идёт с остановкой». Дальше к каждой проблеме дописываем, какого результата хотим достичь за время ухода: чтобы пил не меньше назначенного объёма, чтобы рвота не повторилась, чтобы дошёл до туалета с поддержкой и не упал.
Критерий «постановка сестринских проблем» требует формулировки, которую можно проверить, и диагноз для этого не годится: с ним нельзя работать, его нельзя измерить. Проблема, сформулированная через поведение и ощущение, сразу подсказывает вмешательство и критерий достижения, а значит, экономит время на составлении плана.
Проверьте формулировку на измеримость: к каждой проблеме вы можете назвать признак, по которому поймёте, что стало лучше. Если назвать нечего, формулировка слишком общая, и её нужно переписать до того, как отдадите план эксперту.
Написать в план диагноз из карты и считать работу сделанной: эксперт не увидит сестринской проблемы. Вторая ошибка — написать проблему так, что её нельзя проверить: «нарушен комфорт». С такой формулировкой невозможно ни выбрать вмешательство, ни доказать, что оно помогло.
Эксперт читает формулировки проблем и проверяет, можно ли по ним построить вмешательство: «нарушен комфорт» он вычёркивает, «не ест из-за тошноты» оставляет и просит продолжить.
Задача 3. Модуль А: составить план сестринского уходаМодуль А · этап 2 из 6 · 8–10 минут
План ухода — это документ, по которому вас будут проверять весь остаток модуля. Задание требует определить нарушение потребностей и составить план сестринского ухода, а не пересказать жалобы. Правильно построенный план выглядит как цепочка: проблема, сформулированная словами пациента, цель, которую можно проверить, вмешательство с конкретным содержанием и критерий, по которому видно, что цель достигнута. В этом плане должны найти место и сухость во рту с тошнотой, и слабость, и гематома на локтевом сгибе, из-за которой нельзя трогать эту руку. Всё, что вы напишете здесь, вы потом продемонстрируете руками.
Действие 3.1. Построить план из проблем и целей
Шаг 3.1.1
Берём три приоритетные проблемы в том порядке, в котором их определили, и на каждую пишем одну строку: что нарушено, чего хотим добиться и чем это проверим. Для тошноты цель звучит как «после ухода рвоты нет, пациент выпивает назначенный объём жидкости», для слабости — «доходит до туалета с поддержкой и без падения», для гематомы — «кожа над ней не горячая, компресс наложен, давление на этой руке не измеряется».
Это критерий «планирование сестринских вмешательств», и оценивают его по проверяемости целей. Формулировка «улучшить состояние» баллов не даёт, потому что по ней нельзя понять, выполнено ли вмешательство. Кроме того, план с ясными целями экономит ваши минуты: на модуль А дано 60 минут, и в них ещё входят четыре измерения, компресс, помощь при рвоте и документы.
Проверьте каждую цель одним вопросом: смогу ли я в конце модуля сказать «да» или «нет» без оговорок. Если для ответа нужно объяснять, цель переписана не до конца. Проговорите две цели вслух — так вы заодно покажете эксперту, что различаете их.
Написать цели через процесс, а не через результат: «провести беседу о питании» — это действие, а не цель, и эксперт отметит подмену. Вторая ошибка — оставить цель без критерия, тогда непонятно, что демонстрировать.
Эксперт выборочно просит разобрать одну строку плана и слушает, различает ли участник цель, вмешательство и критерий достижения. Путаница между ними видна с первого же ответа.
Шаг 3.1.2
Делим вмешательства на те, которые вы выполняете сами, и те, которые назначил врач: измерение давления, температуры, пульса и сатурации, контроль выпитой жидкости и диуреза, помощь при рвоте, согревающий компресс на гематому, обучение пациента — это ваша часть; ограничение соли и жидкости, препараты и анализы — врачебная, и вы её только выполняете и фиксируете. В плане напротив каждого пункта ставим время и свою подпись.
Критерий «выполнение назначений врача» проверяется отдельно от сестринских действий: участник должен показать, что понимает границу своей роли. В задании эта граница проходит через физиотерапевтическую процедуру и помощь при рвоте — их вы делаете самостоятельно, но только по назначению, и в плане это должно быть видно.
В плане есть обе колонки, ни один пункт не остался без времени, и напротив каждого стоит ваша подпись. Проверьте, что врачебные назначения не переписаны как собственные решения, и сверьте число строк: их должно быть не меньше, чем проблем в первом разделе.
Записать в свой план «назначить диуретик»: это выход за пределы компетенции, и эксперт снимет баллы за понимание роли. Вторая ошибка — не указать время, из-за чего невозможно доказать, что вмешательство выполнено.
Эксперт смотрит на разграничение ролей: что участник делает сам, а что выполняет по назначению врача. Отдельно он проверяет, не записал ли участник себе назначение препарата.
Действие 3.2. Оформить план в документе и согласовать с пациентом
Шаг 3.2.1
Заполняем бланк плана ухода по колонкам: дата, проблема пациента, цель, вмешательство, отметка о выполнении, подпись. Пишем разборчиво, синей ручкой, без сокращений, которые поймёт только автор, — «АД», «t», «SpO2» допустимы, «сд. сост.» нет. Если бланк на площадке свой, сначала прочитываем шапку и только потом пишем: колонки иногда идут в другом порядке.
Полнота и аккуратность документации — критерий, который проверяют в конце модуля, но исправлять что-то будет уже поздно. Нечитаемая запись приравнивается к отсутствующей, а пропущенная колонка — к невыполненному пункту, даже если руками всё сделано правильно.
Прочитайте свою запись через плечо, как чужой человек: разбираются ли слова без ваших пояснений. Проверьте, что заполнены все графы, включая дату, время и подпись, и что в бланке нет помарок, зачёркиваний и записей карандашом.
Оставить пустой графу «отметка о выполнении», планируя заполнить её потом: в конце модуля всегда не хватает двух минут. Вторая ошибка — писать карандашом, чтобы «исправить, если спросят».
Эксперт открывает бланк после каждого этапа и смотрит на два признака: заполняется он по ходу работы или целиком в последние минуты и читается ли запись без пояснений автора.
Шаг 3.2.2
Прежде чем отложить план, проговариваем его пациенту в двух-трёх фразах: «сейчас измерю давление, температуру и насыщение крови кислородом, потом поставлю согревающий компресс на руку, где гематома, и буду рядом, если снова тошнит». Спрашиваем, согласен ли он и нет ли чего добавить, и фиксируем в плане его пожелание, если оно прозвучало.
Критерий «вовлечение пациента в план ухода» и критерий этики идут вместе: пациент имеет право знать, что с ним будут делать, а согласие — часть законного порядка. Практический смысл тоже есть: человек, который понимает последовательность, не пугается, когда вы достаёте вату и клеёнку, и не срывает компресс через десять минут.
Пациент может пересказать, что вы будете делать, и не возражает. Если он задал вопрос, на который вы не ответили, согласие не считается полученным, и это видно по его лицу раньше, чем по словам.
Молча начать манипуляции: пациент 63 лет в стационаре неделю и уже устал от процедур, без объяснения он воспринимает компресс как наказание. Вторая ошибка — пообещать, что «всё будет хорошо», вместо описания конкретных действий.
Эксперт слушает, объясняет ли участник план в двух-трёх фразах и спрашивает ли согласие. Ему важна не галочка в бланке, а реакция пациента: понял он, что сейчас будет, или напрягся.
Задача 4. Модуль А: измерить давление, температуру, пульс и сатурациюМодуль А · этап 3 из 6 · 12–14 минут
Объективное обследование в задании перечислено по пунктам: измерить артериальное давление, измерить температуру тела, определить сатурацию и пульс. Эти четыре цифры потом попадут в температурный лист, и любая ошибка здесь разойдётся по всей документации. Работать нужно с поправкой на клиническую ситуацию: у пациента неделя в нефрологическом отделении, гематома на локтевом сгибе после частых внутривенных вливаний и выраженная слабость. Значит, давление измеряем на здоровой руке, термометр ставим в сухую подмышечную впадину, а сатурацию снимаем на тёплом пальце без лака.
Действие 4.1. Измерить артериальное давление
Шаг 4.1.1
Укладываем пациента так, чтобы он сидел с опорой на спинку или лежал, рука лежала на столе или на подушке на уровне сердца, ладонью вверх, плечо освобождено от рукава. Манжету накладываем на плечо без гематомы, нижний край на 2–3 сантиметра выше локтевой ямки, трубки выходят наружу, под манжетой проходит один палец. Перед первым накачиванием просим посидеть спокойно пять минут и не разговаривать.
Точность измерения — отдельный критерий, и он начинается с подготовки, а не с фонендоскопа. Рука на весу или ниже уровня сердца даёт прибавку в 10–15 мм рт. ст., разговор — ещё столько же, а манжета на стороне гематомы не только искажает цифру, но и вызывает боль у человека, которому неделю делали вливания именно в этот локоть.
Рука лежит на уровне сердца, манжета сидит плотно и ровно, под неё проходит палец, пациент молчит. Проверьте, что вы не наложили манжету на руку с гематомой: если сомневаетесь, спросите пациента, в какой локоть ему делали вливания.
Надеть манжету на первую попавшуюся руку — на площадке это обычно правая, та самая с гематомой: пациент вздрагивает, цифра завышена, балл за безопасность потерян. Вторая ошибка — мерить сразу, без пяти минут покоя, после того как человек поворачивался в постели.
Эксперт смотрит на выбор руки и на положение манжеты относительно локтевой ямки, а не только на цифру: правильная цифра, снятая с гематомы, для него хуже завышенной на здоровой руке.
Шаг 4.1.2
Находим плечевую артерию в локтевой ямке, ставим мембрану фонендоскопа плотно, но без нажима, и закрываем клапан. Накачиваем на 30 мм рт. ст. выше момента, когда исчез пульс на лучевой артерии, затем выпускаем воздух со скоростью 2–3 миллиметра в секунду. Первый услышанный тон записываем как систолическое давление, момент исчезновения тонов — как диастолическое, после чего полностью спускаем воздух.
Это техника, по которой эксперт отличает измерение от имитации: слишком быстрое сдувание пропускает первый тон и занижает систолическое, слишком медленное даёт застой крови в плече и боль. Требование «на 30 выше исчезновения пульса» нужно, чтобы не пропустить аускультативный провал, который у ослабленных пациентов встречается часто.
Тоны слышны отчётливо, сдувание занимает примерно 20–30 секунд, цифра повторяется при втором измерении с разницей не больше 5 мм рт. ст. Если разница больше, измеряем третий раз. Проверьте, что мембрана не касается трубки и что вы не давите ею на артерию.
Сдувать воздух рывками, чтобы «быстрее»: диастолическое давление теряется, и в лист уходит цифра на 10 единиц ниже. Вторая ошибка — накачать «на глаз» до 200, не проверяя исчезновение пульса, и не услышать первые тоны из-за слишком высокого старта.
Эксперт слушает тоны вместе с участником и сверяет свою цифру с названной. Расхождение больше 10 мм рт. ст. он отмечает как ошибку техники, а не как особенность пациента.
Шаг 4.1.3
Повторяем измерение через минуту, полностью спустив воздух и дав руке отдохнуть, и берём среднее из двух цифр. Результат называем пациенту вслух: «давление 130 на 80, для вас это нормально» — и только потом записываем в черновик или сразу в лист, указывая время. Если получилось выше 140 на 90 или ниже 100 на 60, об этом сообщаем врачу, а не просто вносим цифру.
Двукратное измерение — требование методики и одновременно критерий «интерпретация результата». У пациента с хронической почечной недостаточностью давление — один из главных показателей, и от того, назвал ли участник цифру врачу, зависит назначение. Просто записанная цифра без реакции считается невыполненным пунктом.
Две цифры отличаются не больше чем на 5 мм рт. ст., среднее посчитано, время записано. Проверьте, что вы назвали результат пациенту и понимаете, какая цифра для него тревожная. Если он спросил, что значит число, ответ должен быть без диагноза: «чуть выше обычного, я скажу врачу».
Измерить один раз и записать первое, что услышал: при волнении первая цифра почти всегда выше. Вторая ошибка — увидеть 160 на 95 и молча записать, не сообщив ни пациенту, ни врачу. Тогда цифра есть, а реакции на неё нет, и это видно по листу.
Эксперт смотрит, что участник делает с полученной цифрой: повторяет измерение, называет результат пациенту и сообщает врачу о выходе за границы нормы или просто ставит число в лист.
Действие 4.2. Измерить температуру тела
Шаг 4.2.1
Осматриваем подмышечную впадину: она должна быть сухой и без повреждений кожи, при необходимости промокаем её салфеткой. Встряхиваем термометр до столбика ниже 35,0, ставим резервуар глубоко в подмышечную впадину так, чтобы он соприкасался с кожей со всех сторон, прижимаем плечо к грудной клетке и держим ртутный термометр 10 минут, электронный — до звукового сигнала плюс ещё минуту.
Термометрия — отдельный пункт задания и отдельная строка в температурном листе, а ошибка здесь держится долго: неверная цифра попадёт в график и будет выглядеть как лихорадка или, наоборот, скроет её. Влажная впадина занижает результат, а термометр, прижатый только верхней частью, показывает на 0,5–1 градус меньше настоящего.
Время выдержано полностью, термометр прижат, пациент не разговаривает и не двигает рукой. Проверьте, что столбик перед измерением был ниже 35,0 — это видно по шкале, и что вы не держали термометр через рукав.
Подержать термометр три минуты и снять: цифра занижена, и в листе появится 36,1 вместо 36,8. Вторая ошибка — поставить термометр в одежде или через рукав, не осмотрев кожу. Расхождение с настоящей температурой потом всплывёт на сверке с экспертом.
Эксперт проверяет три вещи: встряхнут ли термометр до 35,0, сухая ли впадина и выдержано ли время. Показание он сверяет со своим термометром, стоя рядом с участником.
Шаг 4.2.2
Вынимаем термометр, держим его горизонтально на уровне глаз и читаем цифру по шкале, а не наклоняя к свету. Называем результат пациенту и записываем в черновик с временем. Одновременно смотрим на кожу: сухая ли она, нет ли зуда и расчёсов, нет ли покраснения в складках — при почечной недостаточности сухость кожи встречается почти всегда.
Критерий «оценка функционального состояния» требует не только цифры, но и её трактовки: 36,8 у этого пациента — норма, а вот сухость кожи и расчёсы подтверждают нарушенную потребность в гигиене из плана. Эти наблюдения потом пригодятся в беседе и в плане ухода, и эксперт отмечает, увидел ли участник их сам.
Цифра прочитана по шкале на уровне глаз, время записано, кожа осмотрена. Проверьте, что вы можете назвать границы нормы для подмышечной температуры — 36,1–37,0 — и объяснить, что для этого пациента означает 37,2.
Смотреть на термометр против света и читать «на глазок»: сдвиг на 0,3 градуса в листе выглядит как ошибка измерения. Вторая ошибка — не заметить расчёсы и сухость, о которых пациент уже говорил при опросе.
Эксперт слушает, что участник говорит о состоянии кожи: сухость и расчёсы при почечной недостаточности он ожидает услышать, потому что они уже звучали в жалобах при опросе.
Действие 4.3. Определить пульс и сатурацию
Шаг 4.3.1
Кладём руку пациента ладонью вверх, охватываем запястье так, чтобы большой палец лежал на тыльной стороне, и прижимаем два-три пальца к лучевой артерии у основания большого пальца. Нащупав пульс, считаем 60 секунд, одновременно оценивая ритмичность, наполнение и напряжение: ровный он или с паузами, полный или нитевидный, мягкий или твёрдый. Считаем вслух или про себя, но не сбиваясь на разговор.
Пульс входит в перечень обязательных параметров задания вместе с сатурацией, и оценивают его не только по частоте. У пациента с хронической почечной недостаточностью и слабостью нитевидный пульс — сигнал о нарушении водно-электролитного баланса, и эта характеристика влияет на то, что вы скажете врачу и внесёте в лист.
Получилась цифра за минуту, названы ритмичность и наполнение. Проверьте себя: если пульс ритмичный, но вы считали 15 секунд и умножили, при неровном ритме такая цифра неверна. Сведите свой счёт с тем, что покажет пульсоксиметр на следующем шаге: расхождение больше пяти ударов означает ошибку.
Считать 15 секунд и умножать на четыре при любом ритме: при аритмии ошибка достигает 10–15 ударов. Вторая ошибка — прижимать артерию слишком сильно, пульс исчезает, и участник начинает искать его на другой руке.
Эксперт смотрит на постановку пальцев и на длительность счёта, а затем сверяет свою цифру с названной. Счёт в 15 секунд при неровном ритме он считает ошибкой, а не ускорением.
Шаг 4.3.2
Включаем пульсоксиметр, надеваем датчик на палец без лака и без искусственного ногтя, предварительно согрев ладонь, если она холодная, и убираем яркий свет, падающий прямо на датчик. Держим руку на уровне сердца и ждём 30–60 секунд, пока цифра перестанет скакать. Записываем установившееся значение и пульс, который показывает прибор: он должен совпасть с посчитанным на лучевой артерии.
Сатурация — третий обязательный параметр задания, и её легче всего испортить условиями: холодные пальцы, лак и движение дают 88–92 процента у здорового человека. Совпадение приборного пульса с вашим счётом — главное доказательство, что цифра настоящая, а не артефакт.
Цифра держится ровно 5–10 секунд, пульс на экране совпадает с лучевым, значение выше 95. Если показания прыгают, снимите датчик, согрейте руку и наденьте заново, а не записывайте первое число.
Записать 90 процентов, не заметив, что палец холодный и в лаке: в листе появляется ложная гипоксия. Вторая ошибка — держать датчик на пальце с гематомой или после вливания, где кровоток изменён.
Эксперт смотрит на палец, на который надет датчик, и на то, дождался ли участник установившегося значения. Первое число, мелькнувшее на экране, он не засчитывает.
Шаг 4.3.3
Сводим четыре цифры вместе и проговариваем их связкой: давление, температура, пульс, сатурация — и что каждая означает для этого пациента. Дальше решаем, что делать: при сатурации ниже 94, пульсе больше 100 или давлении ниже 100 на 60 зовём врача, укладываем пациента и остаёмся рядом; при нормальных значениях продолжаем по плану. Всё сказанное фиксируем в черновике одной строкой с временем.
Критерий «интерпретация и тактика» — тот, где участники теряют больше всего: цифры собраны, а реакции нет. Задание требует определить и оценить основные параметры функционального состояния, то есть не только измерить, но и понять, что они значат. Именно на этом переходе видно, учился человек уходу или только запоминал алгоритм.
Вы можете назвать границы нормы и своё действие при выходе за них. Проверьте, что все четыре цифры записаны с временем и что вы не перепутали, какая цифра к какому параметру относится.
Измерить всё, записать и не сопоставить: при давлении 95 на 60 и пульсе 104 участник спокойно идёт ставить компресс. Вторая ошибка — объявить пациенту диагноз вместо того, чтобы позвать врача.
Эксперт задаёт вопрос «что вы будете делать с этими цифрами» и слушает именно тактику: при давлении 95 на 60 правильный ответ — позвать врача и остаться рядом, а не идти ставить компресс.
Задача 5. Модуль А: поставить согревающий компрессМодуль А · этап 4 из 6 · 8–10 минут
Физиотерапевтическая процедура в задании одна — постановка согревающего компресса. В клинической ситуации он нужен на гематому, которая появилась на локтевом сгибе после частых внутривенных вливаний. Компресс считается правильным, если он четырёхслойный, герметичный и тёплый, а не мокрый и холодный: марля проводит раствор, клеёнка не даёт ему испариться, вата держит тепло, бинт фиксирует. Держат его 6–8 часов, но на чемпионате демонстрируют постановку, а не выдержку, поэтому главное — показать каждый слой, назвать время и предупредить пациента, что чувствовать он должен тепло, а не жжение.
Действие 5.1. Проверить показания и подготовить всё для процедуры
Шаг 5.1.1
Перед процедурой осматриваем место: кожа над гематомой целая, без ссадин, гематома не увеличивается и не горячая на ощупь. Уточняем у пациента, когда она появилась: если бы прошло меньше суток, согревающий компресс противопоказан, в первые сутки нужен холод. Проверяем и общие противопоказания — гнойные процессы, кровотечение, опухоль, высокая температура, повреждённая кожа.
Критерий «обоснованность и безопасность процедуры» проверяется до наложения: эксперт должен услышать, что участник посмотрел кожу и назвал показание. У пациента гематома недельной давности, то есть показание есть, но именно эту проверку чаще всего пропускают, потому что в задании написано «поставить компресс» и кажется, что решение уже принято.
Кожа целая, гематома не горячая, срок больше суток. Проверьте, что вы можете назвать хотя бы три противопоказания, при которых процедуру не делают, и одно из них — свежая травма в первые сутки.
Наложить компресс на свежую гематому или на повреждённую кожу: это не рассасывание, а усиление кровотечения и риск воспаления. Вторая ошибка — не посмотреть кожу вообще и обнаружить ссадину уже под марлей.
Эксперт задаёт вопрос о противопоказаниях в тот момент, когда участник уже разложил слои, и смотрит, ответит он или начнёт накладывать молча и на ходу придумывать причину.
Шаг 5.1.2
Готовим раствор: вода комнатной температуры 20–25 градусов или полуспиртовой раствор, если он назначен. Марлю складываем в 6–8 слоёв, отжимаем так, чтобы она была влажной, но с неё не текло, и проверяем размер: она должна закрывать гематому с запасом в 1–2 сантиметра. Рядом раскладываем клеёнку на 2 сантиметра шире марли, вату слоем 2–3 сантиметра и бинт.
Правильно отжатая марля — половина успеха процедуры: слишком мокрая даёт потёки и раздражение кожи, слишком сухая не работает. Размер с запасом нужен, чтобы холодный воздух не проникал под края, а клеёнка шире марли — чтобы раствор не испарялся через торцы. Всё это вместе и называется «техника постановки компресса» в оценочной ведомости.
С марли не капает, но ладонь от неё влажная. Проверьте на своей коже: приложите марлю к тыльной стороне кисти — должно быть ощутимо прохладно и влажно, но не мокро. Клеёнка и вата должны лежать рядом уже отрезанными по размеру, а не вырезаться на пациенте.
Взять марлю прямо из ёмкости, не отжав: вода стекает по руке пациента и по постели, простыня мокрая, и компресс придётся перекладывать. Вторая ошибка — вырезать марлю точно по размеру гематомы.
Эксперт смотрит на отжим и на размеры заготовок: клеёнку он иногда поднимает и смотрит на просвет, а марлю просит приложить к ладони, чтобы увидеть, капает с неё или нет.
Действие 5.2. Наложить компресс слоями
Шаг 5.2.1
Кладём влажную марлю на гематому, расправляем складки, чтобы под ней не осталось воздуха, и сразу говорим пациенту, что сейчас будет прохладно. Дальше накладываем клеёнку строго на марлю, следя, чтобы её края выходили за марлю со всех сторон, и только потом вату — слоем 2–3 сантиметра, ровно, без комков, потому что комок даёт точку давления на гематому и боль.
Очерёдность слоёв — сам критерий: если клеёнка окажется под марлей или вата ляжет прямо на кожу, процедура перестаёт быть согревающей. Воздух под марлей сводит контакт с кожей к нулю, а комок ваты на гематоме — это давление на сосуды, которое усиливает боль, и эксперт замечает такую жалобу сразу.
Все три слоя лежат ровно, друг на друге, без сдвигов, вата перекрывает клеёнку, а клеёнка — марлю. Проверьте пальцем край: послойность должна читаться на ощупь. Если между слоями остался воздух, компресс остынет уже через час и процедура не даст эффекта.
Поменять порядок слоёв, перепутав клеёнку с ватой: компресс получится парниковым и вызовет мацерацию кожи. Вторая ошибка — сдвинуть марлю так, что часть гематомы осталась открытой, и процедура подействовала только на половину площади.
Эксперт стоит рядом в момент наложения и смотрит на порядок слоёв и на ровность: сдвинутая марля или комок ваты на гематоме для него заметнее, чем аккуратно завязанный бинт.
Шаг 5.2.2
Фиксируем компресс бинтом: два-три тура вокруг локтя, каждый следующий перекрывает предыдущий наполовину, натяжение такое, чтобы под бинтом проходил палец. Проверяем, не сдавливаем ли мы плечо и не пережимаем ли сосуды: пальцы кисти должны оставаться тёплыми и обычного цвета. Называем пациенту время снятия — через 6–8 часов — и объясняем, что чувствовать он должен приятное тепло, а при жжении или зуде должен позвать вас.
Фиксация входит в критерий техники, и здесь же проверяют понимание смысла процедуры: слишком тугой бинт пережимает вены, и вместо рассасывания гематомы получается отёк кисти. Называя время и ощущения, участник показывает, что умеет обучить пациента, а это отдельная строка в ведомости.
Бинт держит слои, но не врезается в кожу, пальцы тёплые и не синеют, время снятия названо вслух. Проверьте, что пациент повторил время или кивнул осознанно, а не просто согласился.
Закрепить компресс туго, «чтобы не съехал»: через полчаса пальцы немеют, и процедуру снимают раньше времени. Вторая ошибка — не сказать пациенту про жжение, тогда он терпит и получает ожог или раздражение.
Эксперт проверяет натяжение бинта пальцем и слушает, что участник говорит пациенту о времени снятия и об ощущениях, — оба элемента он ищет в ведомости отдельными строками.
Действие 5.3. Снять компресс и оценить результат
Шаг 5.3.1
По истечении времени снимаем бинт, затем вату и клеёнку, марлю убираем последней, не растягивая её по коже и не дёргая край. Кожу промокаем сухой салфеткой, не растирая, и осматриваем: цвет, температуру на ощупь, границы гематомы, нет ли мацерации и раздражения. Вату и марлю выбрасываем в отходы, клеёнку обрабатываем дезинфицирующим раствором.
Снятие — часть той же процедуры и тот же критерий: резкое сдёргивание марли травмирует кожу над гематомой, а растирание полотенцем раздражает её после восьми часов под компрессом. Осмотр после снятия нужен, чтобы оценить эффект и вовремя заметить раздражение — это и есть доказательный уход, которого требует задание.
Кожа сухая, цвет обычный или чуть розовее, новых повреждений нет, границы гематомы не расширились. Проверьте, что марля ушла в отходы, а не осталась на тумбочке. Сравните гематому с записью до процедуры: если она стала плотнее и горячее, об этом надо сказать врачу.
Снять всё одним движением и вытереть кожу насухо грубым полотенцем: появляется покраснение, которое эксперт трактует как осложнение процедуры. Вторая ошибка — не осмотреть кожу вовсе, тогда результат процедуры остаётся недоказанным.
Эксперт подходит к моменту снятия и осматривает кожу вместе с участником: цвет, температуру, границы гематомы и следы мацерации он отмечает до того, как марля уйдёт в отходы.
Шаг 5.3.2
Записываем в лист: время постановки, состав раствора, время снятия, состояние кожи до и после, реакцию пациента. Сообщаем пациенту, что делать дальше: не мочить место в ближайший час, не расчёсывать, при усилении боли или отёка позвать персонал. Если кожа раздражена или гематома стала плотнее и горячее, говорим об этом врачу, а не просто оставляем запись.
Документация процедуры — обязательный пункт задания, и он проверяется вместе с листом назначений: без записи считается, что процедура не выполнена. Кроме того, оценка результата и реакция на ухудшение — это критерий клинического мышления, по которому видно, работает участник по шаблону или думает.
В записи есть все четыре элемента: время постановки, раствор, состояние кожи, реакция пациента. Проверьте, что вы можете показать эту строку эксперту, не вспоминая деталей и не заглядывая в черновик.
Ограничиться словами «компресс поставлен»: состав раствора и время снятия неизвестны, и проверить процедуру невозможно. Вторая ошибка — промолчать о раздражении кожи. Через час раздражение усилится, а записи о том, что его заметили, не будет.
Эксперт открывает лист и ищет четыре элемента: время постановки, состав раствора, время снятия и состояние кожи. Общую фразу «компресс поставлен» он не засчитывает ни в один из них.
Задача 6. Модуль А: помочь пациенту при рвотеМодуль А · этап 5 из 6 · 5–7 минут
Помощь при рвоте в задании выделена отдельным пунктом, и это единственный этап модуля, который может начаться внезапно, в любой момент. У пациента с хронической почечной недостаточностью тошнота и периодическая рвота уже есть в жалобах, поэтому вы должны быть готовы к ним с первой минуты: лоток, клеёнка, вода для полоскания и перчатки лежат на рабочем лотке. Правильная помощь — это поза, при которой рвотные массы не попадут в дыхательные пути, физическая поддержка, оценка того, что вышло, и обработка после. Каждый из этих шагов виден эксперту и оценивается отдельно.
Действие 6.1. Помочь в момент рвоты
Шаг 6.1.1
Если пациент в сознании и может сидеть, помогаем ему сесть или приподнимаем головной конец кровати, наклоняем голову вперёд и подставляем почкообразный лоток, придерживая его у подбородка. Если он лежит и сесть не может, поворачиваем его на бок, голову слегка свешиваем с подушки и подставляем лоток или застеленную клеёнкой ёмкость. Полотенце или клеёнку кладём на грудь и на подушку заранее.
Положение при рвоте — первое, что оценивают: при рвоте лёжа на спине содержимое попадает в дыхательные пути, и это уже не баллы, а аспирация. В задании этот пункт стоит отдельно от всех остальных, и эксперт специально проверяет, повернул ли участник голову и подставил ли лоток, а не просто держал пациента за плечо.
Голова повёрнута или наклонена, лоток подставлен вплотную к подбородку, одежда и постель защищены клеёнкой. Проверьте, что пациент не лежит на спине в момент позыва и что лоток не у него на груди, а под подбородком.
Держать голову пациента руками, не поворачивая её: рвотные массы попадают на лицо и в нос, пациент кашляет. Вторая ошибка — искать лоток, когда рвота уже началась. На поиски уходят секунды, которых нет, а бельё и одежда уже испорчены.
Эксперт смотрит на положение головы и на то, где находится лоток в первые секунды: повернуть голову и подставить лоток нужно до первого позыва, а не после него.
Шаг 6.1.2
Остаёмся рядом и поддерживаем: одна рука на плече или на лбу, вторая держит лоток. Говорим спокойно и коротко: «всё хорошо, я рядом, дышите глубже». После окончания позыва даём воды для полоскания рта, промокаем лицо салфеткой и помогаем принять удобное положение. Не уходим за тряпкой, пока пациент не перестал тужиться, и держим лоток наготове до следующего позыва.
Критерий «психологическая поддержка и безопасность» проверяется по поведению: рвота пугает, человеку 63 года и он ослаблен, и уход без поддержки считается формально выполненным, но неполным. Практически это тоже важно: пациент, которого оставили одного, пытается встать сам и падает — а риск падения у него уже записан в плане ухода.
Пациент успокоился, дыхание выровнялось, он не пытается встать сам. Проверьте, что вы не ушли из зоны, пока лоток ещё нужен, и что салфетки у вас в руке, а не на другом конце палаты.
Отойти за салфетками в разгар рвоты: пациент остаётся один, и это фиксируется как нарушение. Вторая ошибка — комментировать увиденное или показывать брезгливость, после чего человек перестаёт жаловаться на тошноту.
Эксперт слушает, что участник говорит пациенту, и смотрит, остаётся ли он на месте до конца позыва. Отход за салфетками в этот момент он фиксирует как оставление пациента без помощи.
Действие 6.2. Оценить состояние и обработать всё после рвоты
Шаг 6.2.1
Осматриваем рвотные массы: цвет, наличие примесей, запах, объём. Тёмный цвет «кофейной гущи» или прожилки крови — повод немедленно позвать врача и оставить лоток для осмотра, а не выливать. Дальше измеряем пациенту давление и пульс, оцениваем дыхание и цвет кожи, спрашиваем, стало ли легче. Поим его небольшими глотками, если он может пить.
Это критерий оценки состояния после вмешательства, и он отличает осмысленную помощь от механической. У пациента с почечной недостаточностью рвота может быть следствием накопления продуктов обмена, но кровь в рвотных массах — всегда другая история и другая тактика. Повторное измерение давления после рвоты нужно потому, что обезвоживание и вагусная реакция роняют его быстро.
Массы осмотрены, давление и пульс измерены повторно, решение принято: звать врача или продолжать по плану. Проверьте, что лоток с подозрительным содержимым не вылит. Сравните давление с предыдущим: падение больше 20 мм рт. ст. — самостоятельный повод для вызова врача.
Вылить лоток сразу, не посмотрев: кровь в массах останется незамеченной, а это самый опасный пропуск в этом модуле. Вторая ошибка — не измерить давление повторно и не заметить ухудшение.
Эксперт подходит к лотку до того, как его вылили, и спрашивает, что было в содержимом. По ответу видно, осмотрел участник массы или просто убрал за пациентом.
Шаг 6.2.2
Надеваем перчатки, убираем лоток и клеёнку, обрабатываем их дезинфицирующим раствором по режиму, меняем загрязнённое бельё и наволочку. Пациенту даём прополоскать рот, вытираем лицо, проветриваем палату, но без сквозняка. Снимаем перчатки, моем руки и только после этого берём ручку, чтобы сделать запись; лоток споласкиваем вне палаты, чтобы не усиливать тошноту.
Инфекционная безопасность — отдельный критерий, и он идёт после каждого контакта с биологическими жидкостями, а не только в конце модуля. Порядок «перчатки, обработка, бельё, руки, потом документы» именно такой: если записать раньше, ручка становится переносчиком, и эксперт это отмечает.
Лоток обработан и стоит на месте, бельё сменено, пациент чистый, перчатки сняты, руки вымыты, и только затем заполнен лист. Проверьте, что на полу и на тумбочке нет следов, а в палате нет запаха и при этом форточка закрыта.
Сесть писать в лист в перчатках или сразу после уборки, не помыв руки: это нарушение санитарного режима, которое снимают целиком, сколько бы баллов ни было набрано раньше. Вторая ошибка — оставить загрязнённое бельё в палате.
Эксперт наблюдает последовательность до конца этапа и отдельно отмечает момент, когда участник берёт ручку: если это происходит в перчатках или до мытья рук, строка снимается целиком.
Задача 7. Модуль А: заполнить медицинскую документациюМодуль А · этап 6 из 6 · 5–6 минут
Документация — последний этап модуля А по заданию, и он же тот, на который всегда не хватает времени. Нужно занести в температурный лист данные давления, температуры, пульса и сатурации, а затем сделать отметки в листе назначений и в плане ухода. Проверяют не каллиграфию, а соответствие: цифры в листе должны совпадать с тем, что вы называли вслух и показывали эксперту, время — с реальным, а подпись — с вашей фамилией. Ошибка в этом этапе стоит дорого, потому что перечёркивает уже набранные баллы за измерения.
Действие 7.1. Занести данные в температурный лист
Шаг 7.1.1
Находим на листе шкалу температуры и шкалу времени: по вертикали температура с шагом 0,2 градуса, по горизонтали дни и часы, обычно две точки в сутки — утро и вечер. Ставим точку на пересечении нужного дня и значения 36,8, вторую — в графе вечернего измерения, если оно предусмотрено, и соединяем их линией. Точку ставим карандашом или ручкой так, как принято на площадке, но обязательно одним инструментом по всему листу.
Температурный лист — официальный документ, и в критерии «правильность ведения документации» смотрят на профиль кривой, а не на отдельную цифру. Точка, поставленная на глаз между делениями, ломает кривую, и по ней уже нельзя увидеть ни подъём, ни снижение температуры — а именно для этого лист и нужен.
Точка стоит на пересечении своей даты и своего значения, линия не рвётся, шкала не перепутана. Проверьте: значение 36,8 должно быть выше отметки 36,6 и ниже 37,0. Если точка попала между делениями, переставьте её сразу, а не после того, как лист увидит эксперт.
Поставить точку в первой попавшейся клетке, не посмотрев на шкалу: кривая уезжает на полстроки, и эксперт видит, что участник не читал бланк. Вторая ошибка — обвести цифру кружком «чтобы было виднее», это нарушение формы.
Эксперт сверяет точку на графике со своей записью и с той цифрой, которую участник называл при измерении: расхождение в 0,2 градуса он ещё прощает, сдвиг на деление — нет.
Шаг 7.1.2
Вписываем в соответствующие графы давление в виде двух чисел через дробь, пульс в ударах за минуту, сатурацию в процентах и время каждого измерения. Проверяем, что не перепутаны строки: давление идёт выше пульса, а сатурация — в отдельной графе, если она есть. Заканчиваем датой, временем заполнения и подписью с фамилией и инициалами.
Это прямое требование задания: занести данные АД, температуры, пульса и сатурации в температурный лист. Каждая цифра в листе — доказательство, что измерение было, и если в графе пусто, эксперт считает параметр неизмеренным, даже когда он видел процедуру своими глазами. Подпись делает запись юридически значимой.
Все четыре параметра на месте, единицы измерения указаны, время совпадает с реальным, подпись читается. Проверьте, что давление записано двумя числами, а не одним. У сатурации своя графа, и в графе температуры её быть не должно.
Записать «120/80» в графу пульса или поставить сатурацию туда, где должна быть температура: данные формально внесены, но прочитать их нельзя. Вторая ошибка — подписать лист чужой фамилией или не подписать вовсе.
Эксперт открывает лист после объявления о завершении и сравнивает графы со своими записями: пустая графа для него означает неизмеренный параметр, даже если процедуру он видел сам.
Действие 7.2. Сделать отметки в листе назначений и плане ухода
Шаг 7.2.1
Находим в листе назначений строки, которые вы выполняли: измерения, согревающий компресс, помощь при рвоте. Напротив каждой ставим время выполнения и подпись, а не галочку «наугад»: галочка без времени не доказывает ничего. Если назначение выполнено не полностью — например, компресс снят раньше из-за раздражения кожи, — пишем это словами, а не оставляем строку закрытой.
Критерий «отметки в листе назначений» проверяют выборочно, но именно он показывает, понимает ли участник, что документ отражает реальность. Запись «выполнено» там, где вмешательство сорвалось, — это не аккуратность, а недостоверность, и на разборе такой пункт снимают целиком.
У каждой выполненной строки стоит время и подпись, невыполненные строки не закрыты. Проверьте, что время в листе назначений совпадает со временем в температурном листе. Если какое-то назначение выполнялось дважды, отметьте оба раза, иначе второе выполнение выглядит как ошибка.
Закрыть все строки подряд «чтобы комиссия не придралась»: эксперт видит, что время процедуры не совпадает, и снимает баллы за достоверность. Вторая ошибка — не отметить компресс вовсе, потому что он был в другом бланке.
Эксперт сличает время в двух документах: расхождение больше десяти минут он отмечает отдельно, потому что оно означает, что один из документов заполняли по памяти.
Шаг 7.2.2
Дописываем в план ухода фактическую часть: что сделано, во сколько, с каким результатом. Например, «14:20 — компресс на левый локтевой сгиб, вода 22 градуса, кожа чистая; 14:25 — рвота однократно, 200 мл, без примесей, давление 120 на 75, пульс 84». Если результат отличается от цели, пишем это прямо и добавляем, что планируете дальше.
План ухода — рабочий документ, и оценка «результативность вмешательств» строится на нём. Записи по факту, а не по плану, показывают, что участник действительно работал: сравнение цели и результата — единственное доказательство доказательного ухода, о котором говорится в задании.
По каждому приоритету есть строка с фактом, временем и результатом, цель и результат сопоставлены. Проверьте, что запись можно прочитать вслух без запинки. Спросите себя, что изменилось для пациента после ваших действий, и допишите это одной фразой.
Скопировать цель в графу результата: «цель достигнута» без описания — пустая запись. Вторая ошибка — не указать, что рвота повторилась, и оставить план с видом полностью выполненного.
Эксперт читает две-три строки плана и задаёт вопрос по одной из них. Если участник не может вспомнить, что делал в 14:20, запись сделана формально, и это видно сразу.
Задача 8. Модуль Б: памятка и беседа со школьникамиМодуль Б · 30 минут
Модуль Б вариативный, и по заданию участник разрабатывает наглядный материал для школьников по профилактике неинфекционных заболеваний, а затем проводит беседу в мини-группе. На модуль отведено 30 минут, но время может сократиться, если материал подготовлен заранее, поэтому памятку нужно уметь собрать за 10–12 минут. Тема логично вырастает из модуля А: пациент с хронической почечной недостаточностью, значит, говорим о профилактике болезней почек и о факторах риска, которые начинаются в школьном возрасте. Главный эксперт за день до чемпионата вносит в этот модуль до 30 процентов изменений, поэтому форму и тему уточняют на установочном собрании, а не додумывают.
Действие 8.1. Сделать памятку
Шаг 8.1.1
Определяем тему и аудиторию одной фразой: «профилактика болезней почек для школьников 12–15 лет». Проверяем на установочном листе, не изменил ли главный эксперт форму и тему: по заданию вместо постера может требоваться буклет, бюллетень, презентация или видеоролик, а темой вместо почек — профилактика сколиоза, нарушений зрения или ожирения. Дальше выбираем три главных тезиса, которые аудитория запомнит, и всё остальное без жалости вычёркиваем.
Критерий «соответствие наглядного материала потребностям» проверяется по двум признакам: попадание в объявленную тему и попадание в возраст. До 30 процентов содержания модуля Б меняется решением экспертов, и участник, принёсший готовый постер о сколиозе, когда объявили почки, теряет баллы не за качество, а за несоответствие заданию.
Тема сформулирована в одну строку, тезисов ровно три, каждый проверен вопросом «поймёт ли это семиклассник». Убедитесь, что форма материала совпадает с объявленной. Если тезисов получилось четыре, объедините два: на беседу отведено пять-семь минут.
Сделать памятку «про всё»: десять пунктов, из которых не запоминается ни один. Вторая ошибка — не прочитать установочный лист и принести материал не по той теме. Содержание тогда оценят как не соответствующее заданию, сколько бы сил ни ушло на вёрстку.
Эксперт смотрит на заголовок и на объём текста: если тезисов больше пяти, он отмечает перегруженность, а если тема не совпадает с объявленной в установочном листе, снимает блок целиком.
Шаг 8.1.2
Наполняем памятку конкретикой, а не призывами: сколько воды пить в сутки, сколько соли допустимо, почему нельзя терпеть позывы в туалет, чем опасны обезболивающие без назначения врача и как часто мерить давление, если в семье есть болезни почек. Каждая цифра должна быть простой и проверяемой: 1,5–2 литра воды, не больше 5 граммов соли в сутки, артериальное давление ниже 140 на 90.
Содержание — половина критерия: памятка без цифр читается как лозунг и не запоминается. Кроме того, цифры дают вам материал для беседы: по ним строится вопрос аудитории и проверка понимания, а это отдельные баллы. Призывы «ведите здоровый образ жизни» эксперт не засчитывает.
На памятке есть минимум три числа и одно конкретное действие на каждое. Проверьте, что цифры не противоречат друг другу: 1,5–2 литра воды и 5 граммов соли должны стоять рядом, а не в разных разделах без связи.
Написать «пейте больше воды» без объёма и «меньше соли» без граммов: аудитория не понимает, что делать. Вторая ошибка — перегрузить памятку медицинскими терминами вроде «клубочковая фильтрация».
Эксперт читает памятку и вычёркивает тезисы, которые нельзя выполнить или проверить: «ведите здоровый образ жизни» он не засчитывает, «не больше 5 граммов соли» засчитывает.
Шаг 8.1.3
Верстаем: формат А3 или А4, заголовок крупным кеглем не меньше 48–72 пунктов, основной текст не меньше 20–24 пунктов, между пунктами воздух, поля не меньше 2 сантиметров. Используем два-три цвета и одну гарнитуру, а не радугу; каждый пункт сопровождаем значком или простой картинкой. Если материал делается на компьютере, проверяем, что файл открывается на площадке, а если от руки — что буквы ровные и читаются с расстояния.
Критерий «наглядность и читаемость» измеряется буквально: памятку должны прочитать с полутора-двух метров, потому что именно на таком расстоянии она висит на стене в школе. Мелкий шрифт и восемь цветов делают её нечитаемой, и эксперт снижает оценку, даже если содержание правильное.
Отойдите на два метра и прочитайте заголовок и первый пункт без напряжения. Проверьте, что ни один текст не наложен на картинку и не обрезан у края. Посмотрите на памятку при том свете, который есть на площадке: на стене у окна она может бликовать.
Уместить весь текст кеглем 12 пунктов, чтобы «вошло больше»: с двух метров не читается ничего. Вторая ошибка — использовать шесть цветов и три шрифта, от чего памятка выглядит пёстрой и несерьёзной.
Эксперт отходит от памятки на два шага и читает заголовок с первого пункта: этот приём занимает пять секунд и сразу показывает, годится материал для стены в школе или нет.
Шаг 8.1.4
Проверяем перед выходом: орфография, отсутствие обрезанных слов, единицы измерения, дата и подпись автора, отсутствие мелких сносок внизу листа. Проговариваем памятку вслух за минуту — если не укладываетесь, значит, текста слишком много и один тезис надо убрать. Дубликаты раскладываем по числу слушателей и добавляем два запасных: один уйдёт экспертам, второй останется на столе.
Критерий аккуратности и критерий «готовность к беседе» идут рядом: памятка с опечаткой отвлекает аудиторию, и беседа разваливается на первой минуте. Прогон вслух — единственный способ проверить, что три тезиса действительно укладываются в пять-семь минут, которые у вас есть на выступление в модуле Б.
Опечаток нет, текст читается за минуту, копий хватает на всех слушателей плюс два запасных. Проверьте, что вы можете назвать три тезиса, не подглядывая в памятку, — иначе на беседе придётся читать с листа.
Вынести на площадку памятку с опечаткой в заголовке или без единиц измерения: «5 соли» вместо «5 граммов». Вторая ошибка — принести один экземпляр на группу из пяти человек. Раздавать будет нечего, и беседа превратится в монолог без опоры.
Эксперт читает памятку до беседы и отмечает опечатки, обрезанные слова и отсутствующие единицы измерения: «5 соли» вместо «5 граммов» он засчитывает как ошибку оформления.
Действие 8.2. Провести беседу в мини-группе
Шаг 8.2.1
Начинаем с приветствия и короткого вопроса аудитории: «как вы думаете, сколько соли мы съедаем за день?» — и слушаем два-три ответа, не оценивая их. Затем называем тему, себя и время: «пять минут о том, как не довести почки до больницы». Памятку держим так, чтобы её видели все, или вешаем на видное место, а сами говорим стоя, а не из-за стола.
Критерий «установление контакта с аудиторией» в модуле Б весит не меньше, чем содержание. Вопрос в начале переводит слушателей из режима «нас пришли учить» в режим разговора, и дальше они отвечают, а не молчат. Названное время дисциплинирует самого участника: на всю беседу отведено 30 минут вместе с подготовкой.
Аудитория ответила хотя бы двумя репликами, тема названа, время обозначено. Если в ответ тишина, задайте вопрос про себя: «а вы замечали, что после солёного хочется пить?» Начинать с цифр не стоит, первый вопрос должен быть про их собственный опыт.
Начать с терминов и статистики: «хроническая болезнь почек занимает шестое место в структуре смертности» — аудитория отключается на первом предложении. Вторая ошибка — говорить в памятку, а не в людей.
Эксперт смотрит на первые тридцать секунд: задан ли вопрос аудитории, названа ли тема и время. По этому отрезку он уже понимает, будет беседа или чтение вслух.
Шаг 8.2.2
Раскрываем три тезиса по одному, каждый — с цифрой и примером из жизни: вода и соль, туалет и обезболивающие, давление в семье. После каждого тезиса показываем на памятке то место, о котором говорим, и делаем паузу в две-три секунды, чтобы сказанное улеглось. Говорим короткими фразами, без сложноподчинённых конструкций.
Содержание беседы — отдельный критерий, и он проверяется по совпадению того, что участник говорит, с тем, что написано на памятке. Расхождение эксперт трактует как неготовность: материал сделан, а проговорить его участник не может. Паузы нужны потому, что школьники воспринимают на слух не больше двух-трёх мыслей за раз.
Все три тезиса прозвучали, каждый с цифрой, памятка использовалась по ходу. Проверьте, что вы не ушли в четвёртую тему, которую не готовили, и что на каждый тезис ушло не больше полутора минут.
Рассказывать памятку целиком, пункт за пунктом: это чтение вслух, а не беседа. Вторая ошибка — увлечься анатомией почек и не дойти до практических советов. Время кончается на втором пункте, и третий тезис остаётся несказанным.
Эксперт отмечает, сколько тезисов прозвучало и опирался ли участник на памятку: расхождение между сказанным и написанным он трактует как неготовность материала.
Шаг 8.2.3
Задаём аудитории вопрос на понимание: «что вы сделаете, если в семье у бабушки давление 160?» — и разбираем два ответа. Затем предлагаем одно маленькое действие, которое можно сделать сегодня: посчитать, сколько ложек соли уходит на суп. Спрашиваем, есть ли вопросы, и отвечаем коротко, а если не знаем — честно говорим, что уточним у врача.
Критерий «вовлечение аудитории и проверка понимания» отличает беседу от лекции. Обратная связь нужна и вам: по ответам видно, дошёл ли тезис. Признание «не знаю, уточню» ценится выше выдуманного ответа — за достоверность информации в ведомости есть отдельная строка.
Аудитория ответила на вопрос, хотя бы один человек назвал конкретное действие. Проверьте, что вы не ответили на вопрос, в котором не уверены, и что после вашего ответа был хотя бы один живой отклик.
Задать вопрос и самому на него ответить, не дождавшись: слушатели понимают, что их не спрашивают. Вторая ошибка — придумать цифру на ходу, чтобы не выглядеть неуверенно. После такого ответа на следующий вопрос не отвечает уже никто.
Эксперт фиксирует, были ли вопросы к аудитории и как участник вышел из затруднения: честное «уточню у врача» он оценивает выше придуманной на ходу цифры.
Шаг 8.2.4
Заканчиваем резюме из трёх фраз — по одной на тезис, — раздаём памятки, благодарим за внимание и говорим, где можно задать вопрос после. Если по регламенту нужно объявить о завершении модуля, делаем это сразу после раздачи, а не в коридоре. Памятку держим лицом к слушателям и оставляем на столе экспертов один экземпляр для протокола.
Завершение — часть критерия «структура беседы»: без резюме аудитория запоминает первую шутку и последнюю фразу, а не содержание. Оставленный экземпляр нужен для оценки наглядного материала: эксперт сверяет по нему, что было обещано и что сказано.
Три фразы резюме прозвучали, памятки розданы, один экземпляр сдан экспертам. Проверьте, что после благодарности вы не начали новую тему и что в руках у вас не осталось всей пачки памяток.
Закончить на полуслове «ну, в общем, всё»: структура рассыпается, и баллы за завершение теряются. Вторая ошибка — унести все памятки с собой, не оставив ни одного эксперту. Наглядный материал он оценивает по экземпляру, и без него блок остаётся неподтверждённым.
Эксперт смотрит на последние полминуты: резюме из трёх фраз, раздача памяток, благодарность. Обрыв на полуслове он отмечает как отсутствие структуры, а забытые на столе экземпляры — как небрежность.
Задача 9. Объявить о завершении и сдать площадкуФинал · модули А и Б
Задание заканчивается словами «объявить экспертам о завершении работы», и это не формальность: пока вы не объявили, работа не считается сданной. Финал занимает три-четыре минуты, и в них нужно успеть остановиться, привести зону в состояние, в котором её не стыдно показать, сдать инвентарь и коротко ответить на вопросы. Именно здесь видно, доводит ли участник дело до конца: многие бросают всё на середине последнего действия и теряют баллы за организацию, которые набирали весь модуль.
Действие 9.1. Завершить работу
Шаг 9.1.1
Заканчиваем текущее действие до конца — не бросаем бинт на полпути и не оставляем лоток наполовину обработанным. Затем останавливаемся, поворачиваемся к экспертам и говорим отчётливо: «модуль А завершён, работу закончил». Если регламент требует назвать время, называем его по своим записям. После объявления ничего не трогаем: любое действие после него оценивается уже как продолжение работы.
Объявление о завершении — прямая цитата из последовательности выполнения задания, и без него модуль не закрывают. Практический смысл тоже есть: эксперты не подходят к участнику, пока он работает, чтобы не мешать, и без сигнала они могут подойти через пять минут, когда вы уже убрали компресс и не можете его показать.
Фраза сказана целиком и услышана: эксперты подошли или кивнули. Проверьте, что руки при этом свободны, инструмент не в них, а документация закончена — объявлять раньше последней записи нельзя.
Пробормотать «я всё» себе под нос и продолжить вытирать стол: эксперты не уверены, что работа сдана, и часть этапов остаётся неоценённой. Вторая ошибка — объявить до того, как закончили документацию.
Эксперт ждёт внятного сигнала и по нему фиксирует время окончания модуля. Фразу, сказанную себе под нос, он может не услышать, и тогда последние этапы останутся без оценки.
Шаг 9.1.2
Приводим зону в порядок: лотки и клеёнку — на обработку, вату и марлю — в отходы, бельё — в санпропускник, термометр — в ёмкость с дезраствором, тонометр и пульсоксиметр — на место. Протираем тумбочку и столик, ставим стул на место, проверяем, что на полу сухо. Пациенту говорим, что оставляете его в покое и что делать, если снова станет плохо.
Организация рабочего места оценивается не только на входе: запущенная зона после работы читается как незавершённость, и баллы за неё снимают целиком. Кроме того, необработанный лоток с биологическими жидкостями — прямое нарушение санитарного режима, которое фиксируют вне зависимости от качества остальных этапов.
Стол пустой, пол сухой, инструменты на местах, отходы закрыты. Пройдите по зоне глазами эксперта и ответьте себе, что бы вы отметили сами, если бы оценивали чужую работу. Отдельно проверьте тумбочку: на ней не должно остаться ни марли, ни ваты, ни раствора.
Оставить влажную клеёнку и лоток «пусть разберут»: нарушение инфекционной безопасности снимает больше баллов, чем приносит хорошая техника. Вторая ошибка — уйти, не сказав пациенту, как позвать помощь.
Эксперт осматривает зону сразу после объявления: пустой стол, сухой пол, инструменты на местах и закрытые отходы — по этим четырём признакам он ставит балл за организацию.
Шаг 9.1.3
Отвечаем на вопросы коротко и по делу: какие цифры получили, что с ними сделали, почему выбрали эту руку для манжеты, почему компресс водный, а не спиртовой. Один вопрос — один ответ в два-три предложения, без оправданий и без пересказа всего модуля. Если допустили ошибку и заметили её сами, говорим прямо и объясняем, как надо было.
Критерий «понимание собственных действий» проверяется именно в разговоре: он показывает, работал участник осмысленно или повторял движения за преподавателем. Честное признание ошибки с объяснением правильного варианта обычно оценивается выше, чем попытка доказать, что всё было верно.
В ответе есть цифра, действие и причина. Проверьте, что вы можете назвать нормальные границы для каждого измеренного параметра и объяснить, почему манжету ставили именно на эту руку.
Начать оправдываться и рассказывать, что «статист мешал»: эксперт фиксирует неумение держать удар. Вторая ошибка — отвечать односложно «да» и «нет», из-за чего понять ход ваших мыслей невозможно.
Эксперт задаёт два-три вопроса и смотрит на связность ответа, а не на длину: ему нужно услышать цифру, действие и причину, а не пересказ всего модуля по порядку.
Студент
учащиеся колледжей и техникумовВыдержка из официального конкурсного задания: страницы, относящиеся к категории «Студент» (стр. 11–14 источника).
Пошаговое решение
Категория «Студенты» — полтора часа: шестьдесят минут на модуль А и тридцать на вариативный модуль Б, который сокращается, если памятка готова заранее. В модуле А вы ухаживаете за пациентом 49 лет в колопроктологии с диагнозом «неуточнённое желудочно-кишечное кровотечение»: вздутие живота, кровянистые слизистые выделения из прямой кишки, назначена колоноскопия, пациент угнетён и боится исследования. Задание разложено на шесть пунктов — субъективное и объективное обследование, оценка и планирование, уход, врачебные назначения, документация, — и каждый эксперт отмечает отдельно, поэтому провал одного не перекрывается другим. Модуль Б — памятка и беседа со слушателями Школы здоровья по уходу за пожилыми людьми. Здесь нужен связный сестринский процесс: действие вытекает из жалобы, измеренного показателя и записанного плана, а не из списка процедур.
Задача 1. Войти в ситуацию и собрать субъективные данныеМодуль А · 60 минут · пункт 1 задания
Первый пункт конкурсного задания — субъективное обследование: выяснить жалобы и определить, какие потребности пациента нарушены. Но прежде чем задать первый вопрос, нужно обозначить своё присутствие, защитить себя и пациента и обеспечить приватность — пациент отделения колопроктологии с кровянистыми выделениями из прямой кишки физически не может обсуждать это при открытой двери. В этом блоке вы собираете фразы, которыми потом будете оперировать весь модуль: без названной вслух жалобы план ухода повисает в воздухе, а эксперт не может засчитать оценку, которой не было.
Действие 1.1. Обозначить безопасность и приватность
Шаг 1.1.1
Начинаем с обработки рук: снимаем часы и кольца, наносим антисептик на сухие ладони и втираем тридцать секунд, не забывая большие пальцы, кончики и межпальцевые промежутки, пока кожа не станет сухой. Затем берём перчатки нестерильные, натягиваем так, чтобы манжета закрывала запястье, и проверяем целостность, растянув пальцы. Перчатки надеваем до контакта с пациентом и меняем между этапами, где возможен контакт с биологическими жидкостями.
У пациента кровятистые выделения из прямой кишки, то есть прямой контакт с кровью, и перчатки здесь — не формальность, а защита от гемоконтактной инфекции. В ведомости Модуля А есть отдельная строка за соблюдение инфекционной безопасности, и она заполняется по факту: обработали руки перед подходом к пациенту или подошли «на минуту». Ошибка в этом пункте читается экспертом как непонимание всего модуля, а не как мелкая небрежность.
Кожа рук сухая, перчатки сидят по размеру, манжета на запястье, на пальцах нет прокола и потемнения. Проверьте себя перед подходом к кровати: если перчатка порвалась при натягивании — меняйте сразу, а не «до конца процедуры», потому что дальше будет контакт с кровью.
Типичная ошибка — надеть перчатки поверх часов и кольца: под украшением остаётся влага, антисептик не работает, а эксперт видит нарушение с дистанции. Вторая — обработать руки один раз в начале модуля и ходить в тех же перчатках от обследования до катетера, перенося кровь пациента на инвентарь и документы.
Эксперт смотрит на руки в первые секунды модуля, ещё до того, как вы заговорите с пациентом, и повторно — при смене этапа. Отдельно отмечается, меняются ли перчатки после работы с выделениями.
Шаг 1.1.2
Подходим к пациенту, представляемся по имени и отчеству, называем свою роль и отделение: «Иванов Иван, медицинская сестра отделения колопроктологии». Затем уточняем личность пациента — просим назвать фамилию, имя и отчество и год рождения, а не спрашиваем «вы Петров?», потому что на подтверждающий вопрос человек кивает автоматически. После этого коротко объясняем, что будем делать: измерять температуру, давление, сатурацию, а затем готовить к исследованию.
Идентификация — первое правило безопасности пациента, и в конкурсном задании она подразумевается внутри пункта обследования: если вы измеряете давление не тому человеку, все дальнейшие цифры и весь план ухода относятся к другому пациенту. Эксперт отмечает, прозвучали ли фамилия, имя и год рождения. Кроме того, спокойное представление снижает тревогу: пациент угнетён и напуган, и человек в белом халате, который назвал себя, тревогу не усиливает.
Прозвучали три элемента: ваше имя и роль, просьба назвать ФИО и год рождения, и короткое объяснение предстоящих действий. Проверьте, что вы смотрите на пациента, а не в лист: ответ должен быть услышан, а не считан с бумажки.
Ошибка — подойти молча и сразу взять термометр: пациент не понимает, что происходит, и напрягается, а давление у него поднимается от одной этой неожиданности. Вторая — спросить «вы такой-то?» и получить кивок: идентификация формально проведена, фактически нет, и балл не ставится.
Эксперт стоит в пределах слышимости и фиксирует первые фразы участника. Ему важно не содержание приветствия, а наличие идентификации и объяснения. Отдельно он отмечает, обращается ли участник к пациенту по имени и отчеству, а не «больной».
Шаг 1.1.3
Обеспечиваем приватность: закрываем ширму или дверь палаты, отодвигаем стул так, чтобы разговор шёл на расстоянии вытянутой руки, а не через кровать. Заранее ставим на тумбочку то, что понадобится: термометр в дезинфектанте, тонометр с манжетой нужного размера, пульсоксиметр, температурный лист и ручку. Кровать опускаем до удобной высоты, чтобы пациент не сидел на весу, а опирался на подушку под углом тридцать-сорок градусов.
Кровотечение из прямой кишки — тема, которую человек не обсуждает в общем коридоре, и закрытая ширма прямо влияет на то, насколько честно он ответит на вопросы о выделениях. Всё подготовленное заранее оборудование экономит минуты: на модуль А даётся шестьдесят минут, и каждая пробежка за пульсоксиметром съедает время у постели. Кроме того, рабочая поза пациента нужна для корректного измерения давления.
Ширма закрыта, пациент сидит с опорой, на тумбочке лежит весь набор, ничего не нужно искать. Оцените взглядом со стороны двери: видно ли пациента постороннему? Если видно — приватность не обеспечена. Если из коридора видно кровать, ширма поставлена неправильно.
Частая ошибка — начать расспрос, стоя над лежащим пациентом: человек чувствует себя зависимым и отвечает короче, а эксперт отмечает нарушение коммуникации. Вторая — оставить дверь открытой «чтобы эксперты видели работу»: оценивают действия, а не видимость, и открытая дверь стоит балла.
Эксперт обходит бокс и смотрит, закрыта ли ширма, когда участник переходит к вопросам о выделениях, и где стоит пациент во время измерения. Он же проверяет, не осталась ли дверь приоткрытой после того, как участник отошёл за прибором.
Действие 1.2. Выяснить жалобы и историю
Шаг 1.2.1
Садимся у кровати на уровне глаз пациента, открываем бланк и начинаем с открытого вопроса: «Что вас беспокоит на сегодняшний день?» Даём договорить до конца и только потом уточняем по своей структуре: когда началось, с чем связывает, что изменилось за сутки, было ли такое раньше, как спит, что ел в последние двое суток, какие лекарства принимает постоянно. Отдельно спрашиваем про кровь в стуле: цвет — алый или тёмный, есть ли слизь, как часто, не было ли обморока или слабости.
Субъективное обследование открывает конкурсное задание, и из услышанного вырастают все остальные пункты: потребности, план ухода и подготовка к колоноскопии. Цвет и характер выделений меняют тактику — алая кровь указывает на нижние отделы, тёмная говорит о другом уровне кровотечения, и это уже повод немедленно сообщить врачу. В ведомости за этот пункт стоит отдельная отметка, и ставится она по факту заданных вопросов, а не по догадкам участника.
В бланке записаны жалобы словами пациента: вздутие живота, кровянистые слизистые выделения из прямой кишки, слабость. Проверьте себя: если из вашей записи нельзя понять цвет и частоту выделений, значит, вопрос не задан.
Ошибка — задавать наводящие вопросы в закрытой форме: «Кровь алая, да?» Пациент подтверждает любую версию, а вы получаете ложные данные и строите на них план. Вторая — перебить пациента на середине фразы и уйти к следующему пункту: часть жалоб так и остаётся невыясненной.
Эксперт слушает с расстояния двух-трёх шагов и отмечает, был ли открытый вопрос и уточнения по характеру выделений. После модуля он сверяет бланк с легендой статиста: цвет и частота выделений должны совпадать с заданием.
Шаг 1.2.2
Уточняем каждую жалобу до измеримого описания. По вздутию спрашиваем, когда появилось, связано ли с приёмом пищи, отходит ли газ, насколько живот напряжён на ощупь для самого пациента. По выделениям — сколько раз за сутки, примерно какой объём, есть ли боль или жжение при дефекации, не пачкается ли бельё. По общему состоянию — головокружение при вставании, шум в ушах, чувство нехватки воздуха, сколько пациент пьёт жидкости за день.
Кровопотеря из желудочно-кишечного тракта складывается из повторяющихся эпизодов, и объём с частотой нужны, чтобы оценить риск гиповолемии. Головокружение при вставании и шум в ушах — ранние признаки снижения объёма циркулирующей крови, и именно они превращают «жалобы» в приоритетную проблему плана ухода. Всё это оценивается в пункте субъективного обследования отдельной строкой, потому что показывает глубину расспроса.
Каждая жалоба описана количественно или качественно: «три раза за сутки, алые прожилки, слизь», «вздутие после еды, газы не отходят с вечера». Проверьте бланк: если напротив жалобы стоит одно слово без деталей, расспрос не закончен.
Частая ошибка — остановиться на формулировке диагноза и считать, что всё уже известно: «у него же кровотечение, что тут спрашивать». Диагноз в легенде неуточнённый, и уточняют его именно ваши вопросы, а без них план ухода получается шаблонным.
Эксперт проверяет бланк после модуля и смотрит, есть ли за жалобами цифры и подробности, а не переписанная строка из задания. Ему важен не объём записи, а наличие цифр: сколько раз, какого цвета, есть ли слизь и боль.
Шаг 1.2.3
Переходим к тому, что пациент переживает: спрашиваем прямо, что его тревожит в предстоящей колоноскопии, и даём возможность сказать. Обычно за страхом стоят три вещи — боль, необходимость обнажаться перед чужими людьми и результат исследования. Отвечаем по существу: исследование делают под sedation или с обезболиванием, длится оно пятнадцать-тридцать минут, обнажены будете только в нужной зоне и накрыты простынёй. Просим повторить своими словами, что он понял.
Пациент по условию расстроен, угнетён и испытывает страх — это не фон, а отдельная потребность, и в плане ухода тревога идёт отдельной строкой. Страх перед исследованием напрямую влияет на подготовку: напуганный человек хуже выполняет схему приёма слабительного и чаще отказывается в последний момент. В конкурсном задании этот пункт проверяется по тому, прозвучало ли объяснение и был ли эмоциональный отклик, а не по заученной фразе.
Пациент задал встречный вопрос или сказал, что стало понятнее, и вы услышали хотя бы одну конкретную причину страха. Проверьте по своим ощущениям: если вы говорили тридцать секунд подряд и не дали вставить слово — диалога не было.
Ошибка — отмахнуться фразой «не волнуйтесь, всё будет хорошо»: она не содержит информации и тревогу не снимает. Вторая — пообещать, что «будет не больно», хотя исследование может быть неприятным: обещание не сбудется, и доверие, на котором держится подготовка, рассыплется.
Эксперт обращает внимание на интонацию и на паузы: говорит участник с пациентом или произносит текст в сторону. Он также отмечает, спросил ли участник, что пациент уже знает об исследовании и чего боится больше всего.
Шаг 1.2.4
Формулируем нарушенные потребности вслух и записываем их списком. Для этой ситуации их обычно пять: есть и пить с ограничениями из-за подготовки к исследованию, выделять и опорожнять кишечник с изменением характера стула, быть чистым из-за выделений и необходимости гигиены, двигаться и сохранять безопасность из-за слабости и головокружения, а также быть в безопасности и не испытывать страха. Каждую формулировку произносим так, чтобы её слышал пациент, и спрашиваем, согласен ли он.
Пункт «определяет нарушение удовлетворения потребностей пациента» стоит в задании дважды — в субъективном обследовании и в оценке, — и это не повтор, а требование пройти путь от жалобы к формулировке. Без названных потребностей план сестринского ухода превращается в перечень процедур, и эксперт не может связать ваши действия с обоснованием. Согласование с пациентом отмечается отдельно: план, о котором человек не знает, он не выполняет.
Список из четырёх-пяти потребностей прозвучал вслух, каждая начинается с глагола или с «не может», и хотя бы по одной получено согласие пациента. Проверьте, что потребности не дублируют друг друга: «быть чистым» и «соблюдать гигиену» — это одно и то же.
Ошибка — перечислить потребности мысленно и не сказать их: эксперт оценивает озвученное, а не внутренний монолог. Вторая — записать в потребности сам диагноз или назначение: «колоноскопия» — это не потребность, потребность звучит как «быть в безопасности».
Эксперт стоит рядом и слышит, как участник формулирует потребности, а затем сверяет услышанное с планом ухода на бумаге. Отдельно фиксируется, названы ли потребности до плана ухода, а не после того, как план уже написан.
Задача 2. Провести объективное обследованиеМодуль А · 60 минут · пункт 2 задания
Второй пункт задания перечисляет ровно четыре измерения: температура тела, артериальное давление, сатурация и пульс. На первый взгляд это школьная часть, но именно здесь видно, умеете ли вы работать с пациентом, у которого уже была кровопотеря: цифры давления и пульса в этой ситуации важнее температуры, а техника измерения определяет, можно ли на эти цифры опираться. Каждое измерение заканчивается не прибором, а записью: значение, время, ваша подпись.
Действие 2.1. Измерить температуру тела
Шаг 2.1.1
Достаём термометр из дезинфектанта, протираем насухо, встряхиваем ртутный столбик до отметки ниже 35 градусов или включаем электронный и ждём появления нулей на экране. Осматриваем подмышечную впадину: она должна быть сухой и чистой, без остатков дезодоранта и крема, потому что влага и плёнка искажают результат. Ставим резервуар глубоко в подмышечную впадину, прижимаем плечо пациента к туловищу и просим подержать десять минут при ртутном термометре или до звукового сигнала при электронном.
Температура тела — первая строка в температурном листе, который вы заполняете по пункту 6 задания, и любая погрешность уедет в документ. При кишечном кровотечении температура может быть нормальной или слегка повышенной, и её значение нужно не само по себе, а в паре с давлением и пульсом: нормальная температура при тахикардии и низком давлении не успокаивает, а настораживает. Эксперт смотрит и на технику, и на соблюдение времени экспозиции.
Столбик стоит на 36,2–37,0, пациент держит плечо прижатым, десять минут прошли по часам. Проверьте, не отводил ли он руку: если да, экспозиция прервалась и измерение нужно повторить, отметив это. Термометр не должен лежать на подушке рядом с головой, пока вы работаете.
Классическая ошибка — держать термометр три минуты и записывать результат: цифра занижена на две-три десятых, а в температурном листе она выглядит как факт. Вторая — измерить через одежду или в области, где кожа влажная после душа: результат не отражает температуру тела.
Эксперт подходит к постели во время термометрии и смотрит, прижато ли плечо, засечено ли время и не разговаривает ли участник с пациентом, держа термометр на весу.
Шаг 2.1.2
Вынимаем термометр, читаем значение на уровне глаз, не наклоняя его к свету под углом, и сразу произносим вслух: «температура 36,8». Записываем в бланк с точным временем измерения. После использования протираем термометр салфеткой, погружаем в дезинфектант на время, указанное на его этикетке, и только после этого убираем в футляр. Электронный термометр промываем и сушим согласно инструкции, не опуская экран в раствор.
Записанное значение — это то, что дойдёт до врача, и его отсутствие в листе означает, что измерения не было. Дезинфекция термометра — часть инфекционной безопасности: прибор контактировал с кожей пациента с кровоточащим кишечником и пойдёт к следующему. В конкурсном задании пункт документации оценивается отдельно, и данные объективного обследования должны попасть в температурный лист без пересчётов и округлений.
Значение названо вслух, записано в бланк рядом со временем, термометр лежит в дезинфектанте целиком, а не наполовину. Проверьте, что в записи есть десятые доли: «36,8», а не «37». Отметьте и то, куда вы его положили: в футляр или в раствор.
Ошибка — подержать термометр в руке после извлечения и потом посмотреть: столбик пополз вверх, и вы записали чужую цифру. Вторая — бросить термометр на тумбочку и уйти к следующему пациенту, оставив его без дезинфекции.
Эксперт проверяет бланк и лоток с дезинфектантом после измерения; отсутствие термометра в растворе он отмечает сразу. Его интересует и то, названо ли значение вслух: это признак того, что цифра прочитана, а не записана наугад.
Действие 2.2. Измерить артериальное давление
Шаг 2.2.1
Усаживаем пациента с опорой на спинку, руку кладём на стол ладонью вверх на уровне сердца, освобождаем плечо от рукава. Даём отдохнуть пять минут, потому что после разговора и волнения давление выше. Накладываем манжету на плечо так, чтобы нижний край был на два-три сантиметра выше локтевой ямки, а трубка выходила наружу, и затягиваем так, чтобы под неё проходил один палец. Проверяем размер манжеты: при окружности плеча больше тридцати четырёх сантиметров нужна большая.
Артериальное давление входит в перечень обязательных измерений, и при подозрении на кровотечение именно оно вместе с пульсом показывает, компенсирован ли пациент. Узкая манжета на полном плече завышает цифры на десять-двадцать миллиметров, а измерение поверх рукава занижает или завышает в зависимости от ткани, поэтому техника здесь прямо влияет на интерпретацию. Эксперт оценивает положение руки, высоту манжеты и паузу перед измерением.
Манжета на два-три сантиметра выше локтевой ямки, проходит один палец, рука на уровне сердца, пациент сидит с опорой, пять минут прошли. Проверьте, не сжат ли кулак и не скрещены ли ноги: это добавляет несколько миллиметров к результату.
Ошибка — наложить манжету на рукав рубашки: ткань передаёт давление неравномерно, и цифра уезжает. Вторая — измерить сразу после того, как пациент встал или разволновался: без пяти минут покоя давление завышено, и вы получите ложную картину благополучия.
Эксперт наблюдает за подготовкой: подошёл ли участник к пациенту с манжетой в руках или сначала усадил его и дал отдохнуть. Отдельно он отмечает, спросил ли участник, измерялось ли давление раньше и какие цифры для пациента привычны.
Шаг 2.2.2
Закрываем вентиль на груше, нагнетаем воздух до уровня на тридцать миллиметров выше того, при котором исчез пульс на плечевой артерии, затем медленно выпускаем воздух со скоростью два-три миллиметра в секунду. Первый отчётливый тон фиксируем как систолическое давление, момент исчезновения тонов — как диастолическое. Через две минуты повторяем измерение на этой же руке и записываем среднее, а при разнице больше пяти миллиметров меряем ещё раз.
Однократное измерение при волнении даёт разброс, и правило двух измерений с интервалом в две минуты прописано в любой методике. Медленный выпуск воздуха нужен потому, что при быстром вы теряете момент первого тона и записываете более низкое систолическое. В ведомости этот пункт идёт вместе с интерпретацией: важен не только факт измерения, но и то, что вы увидели в цифрах.
Получены два значения, они отличаются не больше чем на пять миллиметров, и в бланке записаны оба с указанием руки. Проверьте, слышали ли вы первый тон на первой ступени, а не «примерно там»: если сомневаетесь, повторите измерение.
Ошибка — выпускать воздух рывками и записывать первое пришедшее в голову число. Вторая — измерить один раз и остановиться: при волнении первое значение обычно выше второго на десять-пятнадцать миллиметров, и для пациента с кровотечением эта разница меняет оценку.
Эксперт следит за скоростью выпуска воздуха и за тем, записаны ли два значения, а не одно. Если участник не назвал оба значения, эксперт просит повторить измерение при нём и засекает время выпуска воздуха.
Шаг 2.2.3
Сравниваем полученные цифры с привычными для пациента и оцениваем их в контексте ситуации: при кровопотере настораживает давление ниже 100/60 вместе с пульсом выше 90 и жалобами на головокружение. Такое сочетание — повод не продолжать спокойно обследование, а сразу сообщить врачу и остаться у постели. Проговариваем пациенту результат простыми словами и говорим, что передадим врачу, если показатели отклонятся.
Смысл измерения — не заполнить строку, а вовремя заметить ухудшение. При желудочно-кишечном кровотечении компенсация держится долго, и первым уходит не давление, а пульс и самочувствие, поэтому цифры нужно читать вместе с жалобами. В конкурсном задании пункт оценки требует назвать нарушенные потребности, и снижение давления — это уже нарушение потребности быть в безопасности.
Значение названо вслух, сопоставлено с жалобами, решение (сообщать врачу или продолжать) принято и проговорено. Проверьте себя: если цифра 100/60 не вызвала у вас никакой реакции, вы её не оценили, а просто измерили.
Ошибка — механически записать цифры и не заметить гипотонию на фоне тахикардии: это ровно тот случай, когда пациент теряет сознание через десять минут, а участник продолжает заполнять бланк. Вторая — объявить пациенту «у вас всё плохо» без подготовки: тревога, которая и так есть, удваивается.
Эксперт ждёт от участника короткой фразы о том, что означают цифры, и фиксирует, сообщил ли он о них врачу или статисту в роли врача. Ему важно, прозвучало ли обращение к врачу до того, как участник продолжил процедуры.
Действие 2.3. Определить пульс и сатурацию
Шаг 2.3.1
Пульс считаем на лучевой артерии: три пальца кладём выше лучезапястного сустава по ходу сосуда, прижимаем так, чтобы ощутить толчки, но не пережать. Считаем тридцать секунд и умножаем на два, а при неровном ритме считаем полную минуту. Одновременно оцениваем наполнение — толчок под пальцами ощущается отчётливо или едва уловим, напряжение и ритмичность. Отмечаем, одинаков ли пульс на обеих руках.
Пульс при кишечном кровотечении информативнее давления: он поднимается первым и остаётся высоким, пока организм держит давление за счёт спазма сосудов. Слабого наполнения частый пульс на фоне нормальных цифр давления — это уже тревожный признак, и заметить его можно только руками. В задании пульс и сатурация идут одним пунктом, и эксперт смотрит, считаете вы удары или прикладываете пальцы для вида.
Получена цифра за минуту, она записана вместе с характеристикой наполнения и ритма. Проверьте, совпадает ли счёт при повторном подсчёте на другой руке: разница больше пяти ударов — повод пересчитать. Запишите обе цифры рядом, если они разошлись.
Ошибка — посчитать за пятнадцать секунд и умножить на четыре: погрешность в два-три удара превращается в восемь-двенадцать, а при аритмии результат просто неверен. Вторая — давить на артерию слишком сильно и получить собственный пульс вместо пульса пациента.
Эксперт смотрит, на каком пальцевом счёте участник остановился и прозвучала ли цифра вслух до записи. Он также проверяет, сравнил ли участник пульс на двух руках и оценил ли наполнение, а не только частоту.
Шаг 2.3.2
Включаем пульсоксиметр, надеваем датчик на указательный или средний палец, предварительно сняв лак и согрев руку, если она холодная — растираем или просим пациента подержать её под одеялом минуту. Ждём, пока на экране установится стабильная цифра, обычно это занимает от пятнадцати до тридцати секунд, и считываем два значения: сатурацию в процентах и частоту пульса. Сравниваем частоту с той, что вы насчитали на лучевой артерии.
Сатурация в перечне измерений стоит рядом с пульсом, и при кровопотере она падает не сразу, а когда компенсаторные механизмы уже на пределе, поэтому нормальные 96–98 процентов не отменяют настороженности. Холодные пальцы и лак дают ложное занижение, и участник, не обративший на это внимания, сообщает врачу о гипоксии, которой нет. Совпадение пульса на приборе и на лучевой артерии подтверждает, что прибор измеряет пациента, а не артефакт.
На экране стабильные цифры, пульс с прибора отличается от ручного счёта не больше чем на три-четыре удара, кривая пульсовой волны ровная. Если цифра скачет — проверьте, не согнут ли палец и не просвечивает ли лампа через ноготь.
Ошибка — прочитать цифру в первые секунды, когда прибор ещё не вышел на режим: получается 88 процентов у здорового человека и ненужная паника. Вторая — надеть датчик на палец с тёмным лаком, не сняв покрытие, и записать заниженное значение как факт.
Эксперт наблюдает, согрел ли участник руку и дождался ли стабилизации, и сверяет две цифры пульса между собой. Отдельно фиксируется, снят ли лак с пальца и согрета ли рука перед измерением.
Шаг 2.3.3
Собираем все четыре измерения в одну картину и произносим вывод вслух: «температура 36,8, давление 105/65, пульс 96, сатурация 97 — давление снижено, пульс учащён, это может быть связано с кровопотерей». После этого сообщаем о результатах врачу или статисту в его роли и фиксируем в бланке, кому и когда передали. Если состояние ухудшается на глазах — бледность, липкий пот, спутанность, — прекращаем измерять и действуем по алгоритму неотложной помощи.
Задание требует не четырёх отдельных цифр, а оценки состояния, и связка «давление плюс пульс плюс жалобы» — это и есть сестринская оценка, которую эксперт ищет в пункте 3. Именно на этом выводе строится приоритет плана ухода: риск гиповолемии выходит на первое место, а тревога и гигиена — на второе и третье. Сообщение врачу тоже оценивается: оно должно прозвучать, а не остаться в голове участника.
Вывод сформулирован одним-двумя предложениями, названы отклонения и их вероятная причина, информация передана врачу и отмечена в бланке. Проверьте, что цифры в выводе совпадают с записанными. Если вывод расходится с цифрами, значит, вы их не сопоставили.
Ошибка — перечислить цифры без вывода: эксперт слышит набор чисел и не видит оценки. Вторая — увидеть отклонение и промолчать, решив, что «врач сам увидит в листе»: лист он увидит вечером, а пациент с продолжающимся кровотечением нужен сейчас.
Эксперт слушает итоговую фразу и смотрит, прозвучало ли обращение к врачу. Этот момент он отмечает в ведомости отдельно от самих измерений. Он ждёт связки «давление, пульс, жалобы» в одной фразе, а не трёх отдельных цифр подряд.
Задача 3. Оценить данные и составить план уходаМодуль А · 60 минут · пункт 3 задания
Третий пункт задания — оценка и планирование: определить нарушенные потребности и составить план сестринского ухода. Это точка, где разрозненные цифры и жалобы превращаются в приоритеты, а приоритеты — в конкретные вмешательства с критериями достижения. План, написанный в конце модуля «для отчёта», ничего не даёт: он должен лежать перед вами, пока вы моете пациента и ставите капельницу, иначе действия рассыпаются в случайный набор.
Действие 3.1. Выделить проблемы и приоритеты
Шаг 3.1.1
Раскладываем всё собранное на три группы. Первая — настоящие проблемы, которые есть сейчас: кровянистые слизистые выделения из прямой кишки, вздутие живота, страх перед колоноскопией, дефицит знаний о подготовке к исследованию. Вторая — потенциальные: риск гиповолемии и падения давления при продолжающемся кровотечении, риск падения при головокружении, риск раздражения кожи вокруг ануса. Третья — то, что пациент делает сам и чему нужно помочь: питьё, гигиена, перемещение в туалет.
Задание требует определить нарушение удовлетворения потребностей, и без разделения на настоящие и потенциальные проблемы план получается плоским: в нём нет места профилактике. Именно потенциальные проблемы дают те вмешательства, которые отличают студенческий уровень от школьного — наблюдение за давлением, контроль кожных покровов, обучение. Эксперт по плану видит, думаете вы о том, что может случиться, или только о том, что уже случилось.
Три группы заполнены, в каждой не меньше двух пунктов, формулировки относятся к конкретному пациенту, а не к диагнозу. Проверьте: если из плана нельзя понять, что у пациента кровь в стуле, план написан не про него.
Ошибка — записать в проблемы диагноз и назначение: «желудочно-кишечное кровотечение» — это не сестринская проблема, проблема звучит как «риск снижения давления из-за кровопотери». Вторая — пропустить тревогу, потому что она «не физическая»: пациент по условию угнетён и напуган, и это отдельный пункт.
Эксперт читает план после модуля и проверяет, есть ли в нём не только настоящие, но и потенциальные проблемы. Ему важно, есть ли в плане профилактика падения и контроль давления, а не только гигиена и комфорт.
Шаг 3.1.2
Расставляем приоритеты по принципу «что угрожает жизни — первым». На первом месте риск гиповолемии и продолжающегося кровотечения, потому что он может убить в течение часа. На втором — подготовка к колоноскопии, потому что от неё зависит диагноз и дальнейшая тактика. На третьем — тревога и дефицит знаний, на четвёртом — гигиена и комфорт, включая вздутие и состояние кожи вокруг ануса. Порядок проговариваем вслух и объясняем пациенту, почему сначала измеряем и наблюдаем, а потом моем.
Приоритет — это не формальность: если вы начнёте модуль с подмывания, а пациент в это время потеряет сознание от кровопотери, время будет потрачено не туда. Конкурсное задание перечисляет действия в определённом порядке, и он совпадает с логикой приоритетов: сначала обследование, потом уход, потом назначения. Эксперт отмечает, умеете ли вы объяснить, почему одно идёт раньше другого.
Приоритеты пронумерованы, первый связан с угрозой жизни, и по каждому есть одна фраза обоснования. Проверьте по часам: если вы потратили на планирование больше пяти минут — вы уже пишете сочинение вместо плана.
Ошибка — поставить первым пунктом то, что проще сделать: гигиену или документацию. Вторая — сделать все проблемы равнозначными: план из десяти равных пунктов невозможно выполнить за отведённое время, и вы бросите его на середине.
Эксперт спрашивает вслух, почему выбран такой порядок, и оценивает ответ, а не только запись. Ответ «потому что так написано в задании» он не засчитывает: нужен довод от угрозы жизни.
Действие 3.2. Написать план сестринских вмешательств
Шаг 3.2.1
Каждую проблему превращаем в цель, которую можно проверить. Формулируем так: «к концу моей смены пациент сообщает, что понял схему подготовки к колоноскопии и называет три шага», «в течение часа давление не ниже 100/60, пульс не выше 100, жалоб на головокружение нет», «кожа вокруг ануса без покраснения и мацерации после каждого подмывания». Цель должна иметь срок и признак, по которому видно, что она достигнута, иначе она превращается в пожелание.
Пункт 3 задания требует плана, а пункт 6 — плана сестринских вмешательств в документации: это один и тот же документ, и он должен быть написан так, чтобы по нему мог работать другой человек. Цели со сроком и критерием — то, что отличает план от списка процедур. Эксперт ищет в плане именно проверяемость: если цель звучит как «улучшить состояние», засчитать её невозможно.
У каждой цели есть срок (минуты, часы, «к концу смены») и признак достижения, который можно измерить или увидеть. Проверьте: может ли эксперт, прочитав цель, однозначно сказать «достигнута» или «нет».
Ошибка — писать цели в терминах действий: «провести подмывание» — это вмешательство, а не цель. Вторая — ставить недостижимое за модуль: «пациент не испытывает страха» за тридцать минут не выполняется, и цель сразу выглядит несерьёзно.
Эксперт читает формулировки целей и отмечает, есть ли в них срок и критерий. Если срок и критерий отсутствуют, цель считается несформулированной, а план — списком процедур.
Шаг 3.2.2
Записываем план в четыре колонки: проблема, цель, вмешательства, критерий оценки. В колонку вмешательств идёт конкретика — «подмывание тёплой водой 37 градусов после каждого акта дефекации, спереди назад, с последующим просушиванием и защитным кремом», а не «гигиенический уход». Туда же попадают наблюдение за цветом стула и выделений, контроль давления и пульса каждые тридцать минут, помощь при перемещении в туалет, обучение схеме подготовки и эмоциональная поддержка.
План из четырёх колонок — рабочая форма, по которой можно отчитаться в пункте 6 и не потерять ни одного назначения. Конкретика в колонке вмешательств нужна потому, что «гигиенический уход» каждый понимает по-своему, а «спереди назад» понимают одинаково и правильно: это ещё и профилактика восходящей инфекции. Эксперт оценивает, связано ли вмешательство с проблемой, а не просто перечислено.
В плане нет пустых колонок, каждое вмешательство связано со своей проблемой, частота указана цифрами. Проверьте, что план помещается на один лист: если он длиннее, вы не сможете им пользоваться во время работы.
Ошибка — переписать в план все возможные сестринские вмешательства из учебника: получается документ на три страницы, который невозможно выполнить и невозможно оценить. Вторая — оставить колонку критериев пустой, потому что «и так понятно».
Эксперт сверяет план с тем, что участник реально делает у постели: расхождение видно сразу. Отдельно он смотрит, указана ли частота вмешательств: «по необходимости» он не принимает.
Шаг 3.2.3
Показываем план пациенту: читаем вслух приоритетные пункты, спрашиваем, что ему подходит, а что нет, и вносим поправку, если он против. Например, пациент может попросить закрывать дверь во время подмывания или отказаться от крема. Фиксируем согласие короткой фразой в плане и датой. Если пациент отказывается от вмешательства, это записывается отдельно и доводится до врача.
Согласование плана — обязательный элемент сестринского процесса: без него план остаётся бумагой, а пациент имеет право отказаться от любого вмешательства. В конкурсном задании результат сформулирован как «пациенту оказана помощь в соответствии с потребностями», и потребности — это то, что человек признал своими. Эксперт слышит, как участник говорит с пациентом о плане, и отмечает это отдельной строкой в блоке коммуникации.
Пациент слышал план, высказался, поправка внесена, согласие отмечено. Проверьте, что вы не читали план заученным тоном: вопрос живого человека должен получить ответ. Если пациент промолчал, задайте прямой вопрос: «Вам так удобно?»
Ошибка — сообщить план одной фразой «я за вами поухаживаю» и считать согласование проведённым. Вторая — не заметить отказа и всё равно выполнить вмешательство: это уже нарушение прав пациента, и балл снимается независимо от техники.
Эксперт стоит рядом во время разговора и фиксирует, прозвучал ли вопрос к пациенту и была ли реакция на его ответ. Он также отмечает, записано ли согласие пациента, дата и внесённая по его просьбе поправка.
Задача 4. Осуществить уход: гигиена и периферический катетерМодуль А · 60 минут · пункт 4 задания
Четвёртый пункт задания — собственно уход: помощь при гигиенических процедурах в соответствии с потребностями и уход за периферическим катетером. Здесь оценивают не столько результат, сколько процесс: как вы говорите с пациентом во время интимной процедуры, как сохраняете его достоинство, как держите руки и в каком порядке меняете перчатки. Оба действия объединены в один пункт не случайно — и там, и тут нужна одна и та же аккуратность и внимание к коже пациента.
Действие 4.1. Помочь с гигиеническими процедурами
Шаг 4.1.1
Готовим всё до того, как пациента просим раздеться: таз с тёплой водой 36–37 градусов, проверенной локтем, мягкую салфетку или одноразовые полотенца, жидкое мыло, защитный крем, чистые перчатки, чистую простыню и пелёнку, ёмкость для использованных материалов. Ширму закрываем, дверь закрываем, кровать поднимаем до удобной высоты, пациента укладываем на бок лицом к вам, накрывая верхнюю часть тела простынёй.
Вода 36–37 градусов — это температура, при которой кожа не раздражается и человек не мёрзнет, а проверка локтем надёжнее, чем пальцем, который привыкает к теплу. Подготовленное заранее освобождает руки: если вы побежите за кремом с мокрыми перчатками, придётся снимать их и начинать заново. В ведомости пункт ухода оценивается по соблюдению последовательности и по сохранению достоинства пациента, и оба признака видны именно на подготовке.
Всё лежит в пределах вытянутой руки, вода тёплая, ширма закрыта, пациент укрыт так, что открыта только нужная область. Проверьте, что рядом нет использованных салфеток: чистые и грязные должны лежать раздельно.
Ошибка — начать процедуру и обнаружить, что нет полотенца: приходится оставлять пациента открытым и идти за ним. Вторая — поставить таз на пол и наклоняться к нему: спина участника оказывается в неудобном положении, движения становятся резкими, а пациент это чувствует.
Эксперт подходит в момент подготовки и смотрит, закрыта ли ширма и подготовлен ли набор до начала процедуры. Его интересует и то, спросил ли участник разрешения перед началом интимной процедуры.
Шаг 4.1.2
Надеваем чистые перчатки, намыливаем салфетку и обмываем область вокруг ануса строго спереди назад — от промежности к заднему проходу, каждый раз новой салфеткой, без возвратных движений. Остатки крови и слизи убираем промокающими движениями, а не трением. Затем просушиваем кожу так же, спереди назад, и осматриваем её: нет ли покраснения, мацерации, трещин, геморроидальных узлов. Если пациент может, предлагаем ему доделать переднюю часть самому.
Направление спереди назад — базовое правило профилактики восходящей инфекции: у пациента с кровянистыми выделениями риск особенно высок. Промокание вместо трения сохраняет целостность кожи, а осмотр во время процедуры — это то, что в плане ухода записано как «кожа без покраснения и мацерации». Задание прямо говорит: помощь при гигиенических процедурах в соответствии с потребностями, — а потребность здесь не только чистота, но и защита кожи.
Кожа чистая, сухая, без следов крови, покраснения нет, пациент не жалуется на жжение. Проверьте складки у ануса и между ягодицами: там остаётся влага чаще всего, и именно там начинается мацерация. Посмотрите на кожу при хорошем свете, а не через плечо.
Самая частая ошибка — движения сзади вперёд, «как удобнее рукой»: это переносит кишечную флору к мочеиспускательному каналу и создаёт риск инфекции мочевых путей. Вторая — тереть кожу салфеткой, чтобы быстрее: на воспалённой коже появляются микротрещины, и через сутки развивается дерматит.
Эксперт стоит так, чтобы видеть направление движений, и отмечает, меняется ли салфетка после каждого движения. Он также смотрит, осматривает ли участник кожу во время мытья, а не только моет её.
Шаг 4.1.3
Наносим на сухую кожу вокруг ануса тонкий слой защитного крема с оксидом цинка, меняем пелёнку и нательное бельё, помогаем пациенту лечь удобно на спину с приподнятым головным концом. Использованные салфетки выбрасываем в ёмкость для медицинских отходов класса Б, таз ополаскиваем и дезинфицируем, перчатки снимаем и выбрасываем, руки обрабатываем антисептиком. Спрашиваем, не нужно ли ему ещё чего-нибудь, и оставляем кнопку вызова в пределах досягаемости.
Защитный крем создаёт барьер между кожей и агрессивными выделениями, и без него мацерация возвращается через несколько часов, сколько бы раз вы ни подмывали. Отходы класса Б — требование санитарных правил: салфетки с кровью нельзя выбрасывать в обычное ведро. Кнопка вызова рядом с рукой — профилактика падения: пациент со слабостью не должен вставать сам, чтобы позвать на помощь. Эксперт оценивает завершённость процедуры, а не только её середину.
Кожа сухая и защищена, бельё чистое и сухое без складок, пациент укрыт, отходы в правильной ёмкости, перчатки сняты, руки обработаны. Проверьте, что простыня не подвёрнута под пациентом: складка под спиной за час превращается в покраснение.
Ошибка — нанести крем на влажную кожу: он ложится плёнкой, под которой кожа преет, и раздражение усиливается. Вторая — уйти, оставив пациента с мокрым бельём и без кнопки вызова: это уже не гигиена, а риск падения и пролежней.
Эксперт проверяет постель после процедуры, заглядывает в ёмкость для отходов и смотрит, лежит ли кнопка вызова у руки пациента. Отдельно фиксируется, обработаны ли руки после снятия перчаток, а не только до их надевания.
Действие 4.2. Осуществить уход за периферическим катетером
Шаг 4.2.1
Первым делом читаем наклейку на повязке: дата и время постановки, размер катетера. Затем снимаем старую фиксирующую плёнку, держа её за край и натягивая по направлению к катетеру, а не от него, чтобы не выдернуть трубку. Осматриваем место пункции: кожа вокруг должна быть обычного цвета, без красноты шире двух миллиметров, без отёка, уплотнения, болезненности при нажатии, без отделяемого и без ощущения жжения у пациента. Пальпируем вдоль вены выше катетера.
Уход за катетером — часть пункта 4 задания, и он начинается с оценки: катетер без осмотра — это скрытый риск флебита, который проявится через сутки после конкурса. Краснота шире двух миллиметров, болезненность и уплотнение по ходу вены — это уже первая-вторая степень флебита, при которой катетер подлежит удалению, а не промыванию. Эксперт смотрит, осматриваете вы место пункции или сразу берёте шприц.
Кожа вокруг катетера без красноты и отёка, вена при пальпации мягкая и безболезненная, пациент не жалуется на жжение. Проверьте срок: если повязка стоит больше двух суток или загрязнена, её меняют сейчас, а не «после капельницы».
Ошибка — сорвать плёнку резким движением вверх: трубка выходит из вены на сантиметр, и катетер приходится переставлять. Вторая — увидеть красноту и всё равно промывать: инфицированный катетер разносит инфекцию по венозному руслу.
Эксперт подходит именно в этот момент: он хочет видеть, осматриваете ли вы место пункции до манипуляций. Он также проверяет, прочитана ли дата на наклейке до того, как повязка снята.
Шаг 4.2.2
Берём два шприца по десять миллилитров с физиологическим раствором, проверяем срок годности и прозрачность, выпускаем воздух. Присоединяем шприц к порту катетера и промываем пульсирующим движением — два миллилитра, пауза, ещё два, — не давя излишне, пока не почувствуете, что сопротивление исчезло. Если сопротивление есть, не давим, а просим пациента поднять руку, согреть её и пробуем снова, а при повторной неудаче сообщаем врачу. Заканчиваем промывание под небольшим давлением, чтобы в просвете остался раствор, и закрываем порт стерильной заглушкой.
Пульсирующее промывание создаёт турбулентный поток, который очищает стенки катетера лучше, чем ровная струя, и снижает риск тромбоза. Резкое давление при сопротивлении вбивает тромб в вену — это прямая угроза тромбоэмболии, и на конкурсе такое действие останавливают. Заглушка после промывания не даёт крови подняться в катетер и образовать сгусток, из-за которого следующая капельница не пойдёт.
Поршень идёт легко, без усилия, кожа вокруг не бледнеет и не вздувается, пациент не жалуется на боль. Проверьте обратным движением: если при потягивании поршня в катетере появляется кровь — катетер стоит в вене правильно.
Ошибка — давить на поршень изо всех сил, «чтобы пробить»: катетер может лопнуть или тромб уйдёт в кровоток. Вторая — промыть одним шприцем на двадцать миллилитров с сильным напором: давление в стенке вены резко растёт, и появляется боль по ходу сосуда.
Эксперт следит за усилием на поршне и за тем, проверяете ли вы обратный ток крови перед промыванием. Ему важно, прозвучало ли предупреждение пациенту о возможном ощущении прохлады при промывании.
Шаг 4.2.3
Просушиваем кожу, накладываем стерильную повязку на место пункции, фиксируем катетер плёнкой так, чтобы канюля не давила на кожу и оставалась видимой, а трубка шла без перегибов. Пишем на наклейке дату, время и свою фамилию, клеим на повязку. Спрашиваем пациента о самочувствии, проверяем, не тянут ли трубки при движении руки, и просим не сгибать руку в локте, если катетер стоит в области локтевой ямки.
Маркировка с датой и временем — единственный способ понять, когда менять повязку: без неё следующий человек будет гадать. Видимая канюля нужна для контроля: под непрозрачной повязкой краснота обнаруживается, когда уже есть отёк. Свободный ход трубки и просьба не сгибать руку предотвращают перегиб, из-за которого капельница встанет и её придётся переставлять — а это потеря времени в модуле на шестьдесят минут.
Повязка сухая, держится, канюля видна, наклейка с датой и фамилией на месте, трубка не натянута. Проверьте, что пациент понял про сгибание руки: попросите его повторить. Если наклейка отходит, переклейте её сразу, а не «после капельницы».
Ошибка — заклеить место пункции так, что канюля скрыта под плёнкой: контроль невозможен, а при подтекании раствор скапливается под повязкой и раздражает кожу. Вторая — не написать дату: повязку не меняют неделю, и к моменту капельницы там уже флебит.
Эксперт проверяет наклейку и просит показать место пункции; отсутствие даты отмечается как нарушение ухода. Он просит пациента повторить ограничение по нагрузке на руку и смотрит, понял ли тот ответ.
Задача 5. Выполнить врачебные назначенияМодуль А · 60 минут · пункт 5 задания
Пятый пункт — самые «медицинские» действия модуля: внутривенное капельное введение лекарственного препарата и подготовка пациента к инструментальному исследованию кишечника осмотическим слабительным. Здесь выше всего цена ошибки: неверная скорость инфузии или неправильно приготовленный раствор видны не сразу, а через час, когда исправить уже нечего. Зато и баллы здесь весомее: оценивается каждая ступень — сверка с листом назначений, проверка препарата, сборка системы, скорость, наблюдение и запись.
Действие 5.1. Провести внутривенное капельное введение
Шаг 5.1.1
Открываем лист назначений и читаем строку целиком: название препарата, дозу, концентрацию, растворитель, скорость и время. Сверяем с флаконом трижды — когда берём его в руки, когда набираем и когда ставим на штатив, — и проверяем срок годности, целостность упаковки, прозрачность раствора и отсутствие осадка. Затем уточняем у пациента аллергоанамнез: «Не было ли реакции на лекарства, не отекало ли лицо, не появлялась ли сыпь?»
Правило пяти правил и тройная сверка — это то, что защищает пациента и участника: перепутанная доза при внутривенном введении действует в первые минуты. Аллергоанамнез спрашивают до, а не после, потому что анафилаксия развивается за секунды. В пункте назначений эксперт оценивает именно сверку: смотрит, читаете вы лист или берёте первый попавшийся флакон.
Название, доза, растворитель и скорость совпадают с листом назначений, срок годности в порядке, раствор прозрачный, аллергоанамнез выяснен и записан. Проверьте флакон на свет: взвесь и хлопья видны только при хорошем освещении.
Ошибка — взять флакон по цвету упаковки и не прочитать название: на площадке рядом стоят похожие растворы, и подмена обнаруживается на середине инфузии. Вторая — пренебречь вопросом об аллергии, потому что «назначил врач, он знает».
Эксперт подходит в момент сверки и проверяет, совпадает ли то, что участник держит в руках, с листом назначений. Отдельно он отмечает, задан ли вопрос об аллергии до вскрытия упаковки, а не после подключения системы.
Шаг 5.1.2
Вскрываем упаковку системы, закрываем колесико до конца, снимаем колпачок с капельницы и вводим её в порт флакона до упора, предварительно продезинфицировав порт. Подвешиваем флакон на штатив на высоту около метра над веной, сжимаем камеру капельницы и заполняем её до половины, затем открываем колесико и вытесняем воздух из трубки до полного заполнения, сливая первые десять-пятнадцать миллилитров в лоток. Колпачок на конце системы надеваем сразу, не опуская конец на стол.
Воздух в системе — это риск воздушной эмболии, и вытеснять его нужно до подключения, а не после. Камера, заполненная до половины, позволяет считать капли: по числу капель вы выставляете скорость, и без неё капельное введение превращается в «как пойдёт». Сброс первых миллилитров убирает воздух из самой трубки, а колпачок защищает конец от контакта с нестерильной поверхностью.
В трубке нет пузырей, камера заполнена наполовину, раствор капает в лоток, конец закрыт колпачком. Проверьте трубку на всём протяжении, подняв её вертикально: мелкие пузырьки на стенках собираются в один и уходят вниз.
Ошибка — открыть колесико, не заполнив камеру: в трубку заходит большое количество воздуха, и потом его приходится выгонять в спешке, теряя раствор. Вторая — оставить конец системы лежать на столе, а потом подключить его к катетеру: конец загрязнён, и вся инфузия становится сомнительной.
Эксперт смотрит на камеру и на трубку в момент заполнения: пузыри в трубке он фиксирует сразу. Его интересует и высота штатива: флакон должен стоять примерно на метр выше места пункции.
Шаг 5.1.3
Обрабатываем порт катетера антисептиком и даём высохнуть. Присоединяем систему, открываем колесико и выставляем скорость по каплям: при назначении «сорок капель в минуту» считаем капли в течение минуты и подкручиваем винт, затем пересчитываем ещё раз через две минуты. Проверяем, что кожа вокруг катетера не бледнеет и не вздувается, спрашиваем о боли и жжении, подкладываем под руку валик для удобства.
Скорость инфузии — врачебное назначение, и её нельзя определять на глаз: слишком быстрое введение даёт нагрузку на сердце и жжение по вене, слишком медленное не даёт нужной концентрации препарата. Вздутие вокруг катетера означает, что раствор идёт под кожу, и инфузию нужно немедленно остановить, иначе разовьётся некроз. В ведомости этот пункт оценивается по факту выставленной и перепроверенной скорости.
Капли идут ровно, счёт совпадает с назначением, кожа вокруг катетера обычного цвета, пациент боли не чувствует. Проверьте через две-три минуты: скорость может уйти сама, если рука согнута или трубка перегнута.
Ошибка — выставить скорость «по ощущению» и не пересчитать: разница в десять капель на минуту меняет время инфузии в полтора раза. Вторая — не заметить припухлость вокруг катетера и продолжить введение: препарат уходит в мягкие ткани.
Эксперт подходит через пару минут после подключения и пересчитывает капли вместе с участником. Он пересчитывает капли сам и сверяет результат с назначением, не полагаясь на слова участника.
Шаг 5.1.4
Остаёмся у пациента первые пять минут: следим за лицом, дыханием, цветом кожи, спрашиваем о самочувствии и зуде. Затем заходим каждые десять-пятнадцать минут, проверяя скорость, уровень раствора во флаконе и состояние места пункции. При появлении сыпи, затруднения дыхания, падения давления инфузию прекращаем, катетер не удаляем, зовём врача и действуем по алгоритму анафилаксии. По окончании отмечаем в листе назначений: время, дозу, скорость, реакцию, свою подпись.
Первые минуты — период, когда проявляются реакции на препарат, и уходить из палаты сразу после подключения нельзя. Отметка в листе назначений — прямой пункт задания: без неё считается, что назначение не выполнено, даже если капельница стояла. Оценка реакции и подпись — то, что делает процедуру документированной и проверяемой.
Пациент спокоен, дыхание ровное, кожа обычного цвета, скорость стабильна, в листе назначений есть полная запись с подписью. Проверьте, что запись сделана сразу, а не «потом вспомню»: через полчаса детали забываются.
Ошибка — подключить и уйти к другим делам: реакция развивается без свидетелей. Вторая — отметить назначение заранее, «чтобы не забыть»: это уже недостоверная документация, и при проверке расхождение видно по времени.
Эксперт проверяет, остаётся ли участник у пациента после подключения, и читает запись в листе назначений. Отдельно проверяется, есть ли в записи реакция пациента, а не только время и доза.
Действие 5.2. Подготовить пациента к колоноскопии
Шаг 5.2.1
Начинаем с объяснения и согласия: рассказываем, зачем нужна подготовка — плохо очищенный кишечник означает, что исследование придётся повторить, а мелкие образования останутся незамеченными. Обсуждаем диету: за сутки до исследования только прозрачные жидкости — вода, прозрачный бульон, чай без заварки, яблочный сок без мякоти, желе; исключаем овощи, фрукты с кожурой, семечки, орехи, зёрна, хлеб с отрубями, молоко и красные продукты, которые имитируют кровь. Спрашиваем про постоянные лекарства, особенно железосодержащие, и уточняем у врача, отменять ли их.
Подготовка к инструментальному исследованию кишечника выделена в задании отдельно, потому что качество очищения определяет результат колоноскопии. Красные продукты и семечки — частая причина ложного впечатления о кровотечении и повторного исследования. Согласие и понимание схемы пациентом — часть сестринской работы: напуганный человек, которому не объяснили, просто не выпьет четыре литра раствора.
Пациент называет своими словами, что можно пить и что нельзя, и подтверждает, что понял время начала приёма. Проверьте, что вы назвали конкретные продукты, а не сказали «диета без шлаков»: эту формулировку человек не переведёт в меню.
Ошибка — ограничиться фразой «ничего не ешьте»: голодный пациент к вечеру съест то, что нельзя, и подготовка сорвётся. Вторая — забыть про железосодержащие препараты: они делают стул чёрным, и картина при исследовании искажается.
Эксперт присутствует при разговоре и отмечает, прозвучали ли конкретные ограничения и вопрос о постоянных лекарствах. Он также слушает, названо ли время последнего приёма жидкости перед процедурой.
Шаг 5.2.2
Готовим осмотический раствор по инструкции: обычно это полиэтиленгликоль, четыре литра которого растворяют в воде комнатной температуры или охлаждают перед приёмом. Схема двух доз: вечером накануне — два литра, утром в день исследования — ещё два, последний приём за три-четыре часа до процедуры. Раствор пьют по двести пятьдесят миллилитров каждые десять-пятнадцать минут, а не залпом; между порциями разрешена прозрачная жидкость. Проверяем, что раствор прозрачный, без осадка, и размешиваем до полного растворения порошка.
Осмотическое слабительное работает за счёт притягивания воды в просвет кишки, и его эффект зависит от объёма и равномерности приёма, а не от «крепости» раствора. Пить залпом нельзя: растяжение желудка вызывает тошноту и рвоту, после которой подготовку приходится начинать заново. Охлаждение улучшает вкус, но не меняет свойства: важны интервал и объём. В конкурсном задании оценивается именно правильность схемы и объяснение её пациенту.
Раствор приготовлен в полном объёме, прозрачный, схема названа по времени и объёму, пациент повторяет её своими словами. Проверьте, что он понимает интервал: двести пятьдесят миллилитров каждые десять-пятнадцать минут — это не «по стакану в час».
Ошибка — дать весь объём сразу: тошнота, рвота и неполная подготовка. Вторая — начать приём позже, чем за три-четыре часа до процедуры: раствор не успевает сработать, и в кишке остаётся содержимое. Проверьте время по часам, а не по ощущению.
Эксперт смотрит, как участник объясняет схему, и проверяет приготовленный раствор на прозрачность и объём. Его интересует, объяснён ли смысл интервала между порциями, а не только объём.
Шаг 5.2.3
Оцениваем результат очищения: стул должен стать жидким и прозрачным, светло-жёлтого цвета, без хлопьев и плотных включений — по виду как некрепкий чай. Если в промывных водах остаются плотные частицы, сообщаем врачу: возможно, потребуется дополнительная порция или клизма. Затем организуем сопровождение: пациент после подготовки слаб, у него может кружиться голова, поэтому до кабинета его везут на кресле-каталке или сопровождают, а не отпускают одного. Проверяем, сняты ли украшения и съёмные протезы, есть ли на пациенте чистое бельё и пелёнка.
Критерий качества подготовки — прозрачные промывные воды, и это то, на что смотрит врач перед исследованием: при мутном содержимом осмотр слепых зон невозможен. Слабость после четырёх литров раствора и голода реальна, и падение по дороге в кабинет — типичная ситуация, которую сестринское сопровождение и предотвращает. Снятые украшения и протезы — требование безопасности при эндоскопии.
Стул прозрачный и светло-жёлтый, жалоб на тошноту нет, пациент одет в чистое бельё, украшения и протезы сняты, транспорт до кабинета организован. Проверьте цвет: тёмный или красноватый оттенок требует уточнения у врача.
Ошибка — считать подготовку завершённой после последней порции, не посмотрев на результат: исследование начнут, увидят мутное содержимое и отправят пациента на повторную подготовку. Вторая — отправить ослабленного пациента пешком: он теряет сознание в коридоре.
Эксперт спрашивает, как участник оценивает качество очищения, и слушает, что он ответит про прозрачность промывных вод. Он также смотрит, проверено ли, что пациент помочился перед исследованием.
Задача 6. Заполнить медицинскую документациюМодуль А · 60 минут · пункт 6 задания
Шестой пункт задания закрывает модуль А: данные объективного обследования — в температурный лист, план сестринских вмешательств — на бумагу, отметки о выполнении — в лист назначений. Это самая недооценённая часть конкурса: участники тратят на неё последние пять минут и теряют баллы, которые уже заработали руками. Между тем именно документация показывает, понимаете ли вы, что сделали: запись без времени, дозы и подписи не имеет силы.
Действие 6.1. Внести данные в температурный лист
Шаг 6.1.1
Открываем температурный лист и находим сегодняшнюю дату и графу «утро» или «вечер» — в зависимости от времени измерения. Ставим точку на уровне значения температуры по шкале, соединяем её с предыдущей точкой прямой линией, а рядом в графе «АД» записываем давление в виде дроби через косую черту. Пульс и сатурацию вносим в соответствующие графы, если они предусмотрены формой, иначе — в лист наблюдения. Все записи делаем чёрной или синей ручкой, без карандаша и без замазки.
Температурный лист — графический документ, и по нему врач видит динамику, а не отдельные цифры: линия, идущая вверх, и линия, идущая ровно, читаются по-разному. Запись карандашом или поверх замазки не считается документом, а исправление делается одной чертой с новой записью рядом. В конкурсном задании пункт документации оценивается отдельной строкой, и именно здесь чаще всего теряют баллы на ровном месте.
Точка стоит на своём уровне, линия соединена, давление записано дробью, исправлений и помарок нет. Проверьте масштаб шкалы: точка на 36,8 не должна визуально стоять на одной линии с 37,4. Сверьте дату и графу с часами на стене.
Ошибка — записать температуру в графу «вечер», не посмотрев время: суточная кривая искажается, и по ней делают неверный вывод. Вторая — закрасить ошибку штрихом: документ становится недействительным именно там, где была ошибка.
Эксперт проверяет лист после сдачи работы и смотрит на соответствие записей тем цифрам, которые слышал у постели. Расхождение с тем значением, которое он слышал у постели, отмечается как ошибка документации.
Шаг 6.1.2
Записываем давление полностью: систолическое и диастолическое, на какой руке измерялось, положение пациента, время измерения. Пульс — с характеристикой наполнения и ритма, если есть отклонения. Сатурацию — в процентах с указанием, на каком пальце и в каком положении был пациент. В конце строки ставим свою подпись и расшифровку фамилии, потому что подпись без расшифровки в документации не читается.
Подпись и расшифровка превращают запись в юридически значимую: без них невозможно установить, кто и когда вносил данные. Указание руки и положения нужно потому, что давление на разных руках различается на пять-десять миллиметров, и при повторном измерении нужно сравнивать сопоставимые цифры. Время рядом со значением позволяет врачу понять, к какому моменту относится запись, особенно если состояние меняется быстро.
В строке есть значение, время, рука, положение и подпись с расшифровкой. Проверьте, что запись можно прочитать через час другой рукой: если почерк «плывёт», пишите печатными буквами. Проверьте, читается ли ваша фамилия через час другой рукой.
Ошибка — поставить только цифру без времени: через два часа невозможно понять, было ли давление 105/65 до капельницы или после. Вторая — подписать одной закорючкой без фамилии: при разборе инцидента запись не атрибутируется.
Эксперт смотрит на подпись и на наличие времени; отсутствие любого из этих элементов он отмечает в ведомости. Отдельно он смотрит, не осталось ли в листе пустых граф за сегодняшний день.
Действие 6.2. Оформить план вмешательств и лист назначений
Шаг 6.2.1
Переносим план сестринских вмешательств в официальный бланк: проблема, цель, вмешательства, отметка о выполнении. Пишем в том порядке приоритетов, который определили: риск гиповолемии, подготовка к колоноскопии, тревога, гигиена. Напротив каждого вмешательства оставляем графу для отметки и вписываем свою фамилию в шапку бланка с датой и временем начала работы.
План в бланке — это тот документ, по которому работает смена: если он написан нечитаемо или без приоритетов, следующий человек начнёт с гигиены, а не с контроля давления. Отметка о выполнении позволяет увидеть, что сделано, а что нет, без расспросов. Задание требует составить план сестринских вмешательств именно в документации, и эксперт сверяет его с вашими действиями у постели.
Бланк заполнен полностью, приоритеты видны, есть графа для отметок, в шапке дата, время и фамилия. Проверьте, что в плане нет вмешательств, которые вы не выполняли: расхождение читается как приписка. Перенесите план в бланк до начала манипуляций, а не после.
Ошибка — переписать план из учебника, не адаптировав под пациента: в нём окажутся вмешательства, которых в задании нет, а нужных не будет. Вторая — заполнить бланк в конце модуля, по памяти: детали теряются, и план расходится с реальностью.
Эксперт сравнивает бланк с тем, что видел у постели, и отмечает расхождения. Отдельно проверяется, совпадает ли дата в шапке бланка с датой конкурса, а время начала работы — с моментом старта модуля.
Шаг 6.2.2
В листе назначений напротив каждой строки ставим отметку о выполнении: время, доза, скорость введения, реакция пациента и подпись. Если назначение не выполнено или перенесено, пишем причину — например, отказ пациента или отсутствие препарата, — и сообщаем врачу. В конце модуля коротко передаём смену: называем, что сделано, что осталось, на что обратить внимание, и фиксируем передачу в журнале.
Отметка о выполнении — единственное доказательство, что назначение выполнено: без неё считается, что пациент препарат не получил. Запись причины невыполнения защищает и пациента, и участника: «не сделано» без объяснения читается как халатность. Передача смены завершает сестринский процесс и в конкурсном задании видна как понимание того, что работа не заканчивается на последней манипуляции.
Напротив каждой строки листа назначений стоит отметка или причина, все подписи на месте, передача смены прозвучала вслух. Проверьте, что время в листе совпадает со временем в температурном листе и в плане.
Ошибка — поставить галочки во всех строках «на всякий случай»: это недостоверная документация, и расхождение со временем капельницы видно сразу. Вторая — уйти молча, не передав смену: следующий человек не знает ни про жалобы, ни про подготовку.
Эксперт читает лист назначений и слушает передачу смены; отсутствие причины при невыполненном назначении отмечается отдельно. Ему важно, названы ли в передаче смены тревожные признаки, за которыми нужно следить.
Задача 7. Модуль Б: памятка и беседа в Школе пожилого человекаМодуль Б · 30 минут · вариативный
Вариативный модуль длится тридцать минут и состоит из двух частей: разработка наглядного пособия-памятки по уходу за пожилыми людьми и проведение беседы или обучения со слушателями Школы здоровья. Форму пособия и точную тему определяет главный эксперт, а за день до чемпионата в модуль вносится до тридцати процентов изменений, которые утверждает группа экспертов, — поэтому читайте уточнения на площадке, а не только текст задания. Если памятка разрешена к подготовке заранее, тридцать минут уходят почти целиком на беседу, и тогда качество общения важнее скорости рисования.
Действие 7.1. Разработать памятку
Шаг 7.1.1
Первым делом уточняем у эксперта форму и тему: плакат, буклет, постер или презентация, и о чём именно — профилактика пролежней, безопасность в домашних условиях, правила перемещения, гигиена, профилактика контрактур или застойной пневмонии. Дальше определяем аудиторию: слушатели Школы пожилого человека — это сами пожилые люди и ухаживающие родственники, и для них важны простые действия, которые можно выполнить без оборудования. Выбираем одну тему и одну главную мысль, которую слушатель должен унести с занятия.
Модуль Б вариативный, и его содержание меняется: тема, названная в задании, может быть уточнена главным экспертом, а тридцать процентов изменений вносятся за день до чемпионата. Готовый плакат о пролежнях при смещении темы на безопасность в квартире заданию не соответствует. Одна тема и одна мысль — потому что за тридцать минут человек усваивает не более пяти-семи правил, а памятка из двадцати пунктов не читается.
Форма и тема названы экспертом и записаны, аудитория определена, главная мысль сформулирована одним предложением. Проверьте: если вы не можете сказать, что слушатель сделает иначе после вашей беседы, тема выбрана слишком широко.
Ошибка — взять тему «уход за пожилыми» целиком: она не помещается ни в плакат, ни в тридцать минут, и беседа превращается в перечисление. Вторая — рисовать красивый постер, не уточнив формат: если требуется буклет А5, плакат А1 не примут.
Эксперт подходит в начале модуля и проверяет, совпадает ли тема памятки с уточнённым заданием. Если тема расходится с уточнением, он просит переделать памятку сразу, не дожидаясь беседы.
Шаг 7.1.2
Собираем содержание из пяти-семи пунктов, каждый — одно действие в повелительном наклонении: «поворачивайте лежачего каждые два часа, даже ночью», «подкладывайте подушку под пятки, чтобы они не касались матраса», «проверяйте кожу под лопатками и на крестце каждый раз при повороте». Заголовок пишем крупно, двадцать четыре пункта и больше, текст — не больше двух строк на пункт. Рядом с каждым пунктом оставляем место для простой картинки или значка, а внизу — одну строку о том, куда обратиться при ухудшении.
Крупный шрифт — не оформительская прихоть: у слушателей Школы пожилого человека часто снижено зрение, и текст кеглем двенадцать они не прочитают. Повелительное наклонение и одно действие на пункт нужны потому, что инструкция «следить за состоянием кожи» не выполняется: непонятно, что именно делать. Пять-семь пунктов — предел удержания внимания за тридцать минут занятия, и в ведомости оценивается именно пригодность пособия к использованию.
Пунктов не больше семи, каждый начинается с глагола, шрифт крупный, заголовок читается с двух метров. Проверьте на расстоянии: отойдите на два шага и попробуйте прочитать — если не читается, кегль мал.
Ошибка — написать сплошной текст мелким шрифтом: пособие выглядит солидно, но использовать его невозможно. Вторая — включить медицинские термины вроде «пролежневый процесс»: слушатель не переведёт их в действие.
Эксперт оценивает памятку по читаемости и по конкретности пунктов, а не по художественному исполнению. Отдельно он проверяет, читается ли заголовок с расстояния двух метров.
Шаг 7.1.3
Оформляем памятку за отведённое время: раскладываем пункты сверху вниз в порядке важности, выделяем цветом не больше двух смысловых блоков — например, «что делать каждый день» и «когда звать врача», — и оставляем поля, чтобы лист не выглядел заполненным до края. Рисуем или наклеиваем простые значки: стрелка поворота, подушка под пяткой, телефон. Внизу подписываем: «Школа здоровья, памятка для родственников» и год. Готовую памятку вешаем или ставим так, чтобы её было видно слушателям во время беседы.
Два цветовых блока помогают удержать структуру: человек запоминает не список, а две группы — ежедневные действия и тревожные признаки. Свободные поля нужны для читаемости: заполненный до края лист воспринимается как инструкция, которую не хочется читать. Размещение памятки на виду — часть работы: если она лежит на столе текстом вниз, эксперт не увидит, что пособие использовалось в беседе, а это отдельная строка в ведомости модуля Б.
Памятка видна слушателям, блоки читаются, подпись и год есть, текст не «наезжает» на край. Проверьте, что цветов не больше трёх: пёстрый лист рассеивает внимание. Повесьте её до начала беседы, а не в её середине.
Ошибка — увлечься рисованием и оставить на беседу пять минут: модуль Б оценивается комплексно, и провал второй части не компенсируется красивым плакатом. Вторая — повесить памятку за спину слушателям: тогда она не работает.
Эксперт фиксирует время, затраченное на памятку, и смотрит, используется ли она в ходе беседы. Он также отмечает, уложился ли участник в отведённое на памятку время.
Действие 7.2. Провести беседу и объявить о завершении
Шаг 7.2.1
Начинаем с приветствия и короткого знакомства: называем себя, говорим, что сегодня разберём одну тему и что она займёт десять-двенадцать минут. Сразу обозначаем план: сначала покажу памятку и объясню пять правил, потом отвечу на вопросы. Затем задаём вопрос аудитории: «Кто из вас ухаживает за лежачим родственником или помогает пожилому человеку?» — и по ответу подстраиваем глубину объяснения. Говорим громко, смотря на слушателей, а не в памятку.
Начало беседы задаёт рамку: короткий план снимает тревогу «сколько это будет длиться» и удерживает внимание, а вопрос к аудитории превращает монолог в занятие. Модуль Б оценивается по двум линиям — наглядный материал и проведённое обучение, — и вторая линия читается именно в первые тридцать секунд: смотрит ли участник на людей, говорит ли с ними. Слушатели приходят с разным опытом, и вопрос сразу показывает, кому нужно объяснять базовые вещи.
Прозвучали приветствие, тема, время и план, задан вопрос аудитории. Проверьте, что вас слышно в последнем ряду: попросите кого-нибудь сесть подальше и кивнуть. Если вас не слышно, говорите громче, а не ближе.
Ошибка — начать сразу с чтения памятки, не подняв головы: слушатели теряют интерес в первую минуту. Вторая — говорить слишком тихо, считая, что в маленькой аудитории и так слышно. Говорите в сторону последнего ряда, а не в памятку.
Эксперт оценивает первые минуты беседы: контакт с аудиторией, громкость, наличие плана. Отдельно фиксируется, назван ли план занятия и его длительность.
Шаг 7.2.2
Объясняем правила по памятке, но не читаем её: показываем на пункт рукой или указкой и говорим своими словами, приводя один бытовой пример на каждое правило. Для профилактики пролежней обязательно показываем приём: кладём подушку под пятку и под крестец, объясняем, почему поворот каждые два часа нужен именно ночью, и демонстрируем, как проверить кожу под лопатками. Для темы перемещения показываем захват и объясняем, как вставать, не поднимая человека на руках.
Демонстрация — то, что отличает обучение от лекции: пожилой слушатель запоминает движение, а не фразу, и повторяет его дома. Ночные повороты объясняем отдельно, потому что именно ночью ухаживающие пропускают их чаще всего, и пролежень формируется за одну ночь. Задание формулирует результат как «слушатели обучены необходимым навыкам», а навык — это показанное и повторённое действие.
На каждое правило прозвучал пример, хотя бы один приём показан руками, памятка использовалась как опора. Проверьте, что вы стоите лицом к аудитории, а не к памятке. Проверьте, что памятка видна и вам, и слушателям одновременно.
Ошибка — прочитать памятку вслух целиком: слушатели не успевают связать пункт с действием. Вторая — объяснять без примеров: «поворачивайте каждые два часа» без уточнения «даже если он спит» не выполняется.
Эксперт смотрит, показывает ли участник приёмы и приводит ли примеры, или пересказывает текст. Его интересует, показан ли хотя бы один приём руками, а не только описан словами.
Шаг 7.2.3
Проверяем, как поняли: задаём два-три встречных вопроса — «через сколько часов нужно поворачивать?», «что подкладываем под пятки?», «что делаем, если на коже появилось красное пятно, которое не проходит?» Слушаем ответ, хвалим за верное и спокойно поправляем неверное. Отвечаем на вопросы аудитории, а если вопрос выходит за тему — говорим, к кому обратиться. Просим одного слушателя повторить главное правило своими словами.
Обратная связь — единственный способ убедиться, что обучение состоялось: кивки в аудитории означают вежливость, а не понимание. Вопрос про непроходящее красное пятно важен потому, что он отделяет первую стадию пролежня от запущенной и показывает, усвоил ли слушатель границу, за которой нужно звать врача. В ведомости модуля Б оценивается, проверял ли участник понимание, а не только говорил.
Прозвучали не меньше двух вопросов к аудитории, получены ответы, хотя бы один слушатель повторил правило. Проверьте, что отвечали вы не только сами себе: дождитесь ответа, даже если пауза затянулась. Повторите вопрос, если пауза затянулась больше пяти секунд.
Ошибка — задать вопрос и тут же ответить на него самому: проверки понимания не произошло. Вторая — стесняться поправлять неверный ответ: слушатель уйдёт с ошибкой, которая обернётся травмой или пролежнем.
Эксперт фиксирует наличие обратной связи и то, как участник реагирует на неверный ответ. Он также слушает, как участник реагирует на неверный ответ слушателя.
Шаг 7.2.4
Завершаем беседу коротким резюме: называем три главных правила, раздаём памятки или показываем, где они лежат, и говорим, куда обратиться при ухудшении. Благодарим слушателей за внимание. Затем поворачиваемся к экспертам, называем своё имя и категорию и объявляем о завершении работы: «Модуль Б завершён, памятка и беседа выполнены». После этого убираем рабочее место и сдаём материалы.
Порядок «изучил — выполнил — объявил о завершении» прописан в последовательности выполнения задания отдельным пунктом, и без объявления работа считается незаконченной: эксперт должен подойти и зафиксировать результат. Резюме из трёх правил нужно потому, что человек уносит с занятия не пять пунктов, а два-три самых ярких. Раздача памяток превращает занятие в результат, который останется у слушателей дома.
Три правила названы, памятки розданы, работа объявлена экспертам, место убрано. Проверьте по часам: тридцать минут модуля Б не должны закончиться раньше, чем прозвучало объявление. Проверьте, что материалы убраны, а помещение осталось в порядке.
Ошибка — уйти молча, решив, что и так всё видели: без объявления эксперт не фиксирует завершение, и часть баллов остаётся незаполненной. Вторая — тянуть беседу до последней минуты и не успеть сдать материалы: время сдачи общее для всего конкурса.
Эксперт ждёт объявления, подходит, задаёт один-два вопроса по памятке и фиксирует результат в ведомости модуля Б. После объявления он может задать один вопрос по содержанию памятки.
Специалист
работающие профессионалыВыдержка из официального конкурсного задания: страницы, относящиеся к категории «Специалист» (стр. 11–19 источника).
Пошаговое решение
Разбор конкурсного задания регионального чемпионата «Абилимпикс» 2026 по компетенции «Медицинский и социальный уход» для категории «Специалисты». На всё задание даётся 1 час 30 минут и 100 баллов: модуль А «Осуществление профессионального ухода в условиях стационара» — 60 минут и 70 баллов, модуль Б вариативный, занятие с населением по первой помощи, — 30 минут и 30 баллов. В модуле А вы работаете с пациентом 65 лет в кардиологии: ишемическая болезнь сердца, давящие боли за грудиной, назначены постановка венозного катетера и регистрация электрокардиограммы, пациент расстроен и боится результатов. Из 70 баллов 53 приходятся на алгоритмы манипуляций, 5 — на коммуникацию, 6 — на безопасность и эргономику, 4 — на документацию, 2 — на оценку и планирование. Решение разобрано по шагам с точными параметрами: углами, экспозициями, точками электродов и цифрами, которые эксперт проверяет.
Задача 1. Модуль А — подготовиться и собрать субъективные данныеМодуль А · коммуникация 5 баллов, безопасность 6 баллов
Модуль А длится 60 минут и стоит 70 баллов из 100, поэтому первые десять минут решают, будет ли у вас время на манипуляции. Здесь вы входите в роль, организуете рабочее место, идентифицируете пациента по двум признакам и собираете жалобы так, чтобы из них вырос приоритет ухода. Всё, что услышано и увидено на этом этапе, потом ляжет в план сестринских вмешательств и в температурный лист, а эксперт будет сверять записи с тем, что вы делали руками.
Действие 1.1. Войти в модуль и разложить оснащение
Шаг 1.1.1
Надеваем медицинский костюм, застёгнутый на все пуговицы, шапочку и закрытую эргономичную обувь с фиксирующимся задником. Волосы убираем полностью, украшения снимаем заранее, ногти коротко подстрижены и без покрытия. На левое запястье надеваем часы с секундной стрелкой или секундомер: без них невозможно честно посчитать пульс и частоту дыхания, а телефон в кармане вместо часов выглядит как нарушение и отвлекает. Бейдж крепим на груди так, чтобы фамилия читалась с двух метров, а не болталась на шнурке за спиной.
Спецодежда и внешний вид входят в критерий «Безопасность и эргономика», который стоит 6 баллов, и эксперт фиксирует их до старта, а не в конце. Медицинский костюм здесь не формальность: рукава не должны касаться катетера и антисептических салфеток, а обувь с закрытым носом защищает от капли крови при снятии иглы. Отдельно оценивается коммуникация — 5 баллов, и опрятный вид работает на первый контакт с пациентом сильнее любой заученной фразы.
Проверьте себя по четырём признакам: волосы не выглядывают ни спереди, ни сзади; костюм застёгнут, рукава не спущены ниже локтя; обувь закрытая и сухая; на запястье часы с секундной стрелкой, а не телефон. Бейдж виден и читается. Если чего-то не хватает, доберите до входа в зону, а не в середине манипуляции.
Самая частая ошибка — прийти в удобной открытой обуви или в футболке, рассчитывая надеть костюм «потом, когда начнётся работа». Балл снимается сразу, а время на переодевание уходит из шестидесяти минут модуля. Вторая ошибка — оставить кольцо или часы под перчаткой: они мешают обработке рук и создают карман, где скапливается антисептик.
Эксперт осматривает участника до старта и отмечает комплектность в оценочной ведомости. В течение модуля он смотрит, остаётся ли костюм чистым и не снимает ли участник шапочку к середине работы.
Шаг 1.1.2
Снимаем часы и кольца, подворачиваем рукава выше локтя и обрабатываем руки гигиеническим способом: намыливаем жидким мылом и трём не меньше тридцати секунд по шести позициям — ладонь к ладони, тыльная сторона, межпальцевые промежутки, большие пальцы в замке, кончики пальцев в ладони, запястья. Смываем тёплой водой и сушим одноразовой салфеткой, а не об халат. Затем надеваем нестерильные перчатки своего размера, проверяя целостность, и только после этого подходим к пациенту.
Асептика и антисептика — часть шести баллов за безопасность, и обработка рук проверяется перед каждой инвазивной манипуляцией, дважды за модуль: перед катетером и после снятия перчаток. 53 балла стоят за алгоритмы, а обработка рук — первый пункт любого из них, поэтому её пропуск обнуляет впечатление от всей техники. Для пациента 65 лет любая занесённая инфекция — дополнительная нагрузка на организм, а не абстрактный риск.
Руки сухие, перчатки облегают без натяжения между пальцами и без пузырей воздуха, манжеты перчаток закрывают запястье. Проверьте, что вы не касались лица, волос и дверных ручек в перчатках: если касались, перчатки меняются. Салфетка использована один раз и выброшена, а не лежит на столе.
Типичная ошибка — надеть перчатки поверх часов и кольца: под ними остаётся необработанная кожа, и эксперт это видит сразу. Вторая — обработать руки антисептиком «на ходу», растерев капли по ладоням за пять секунд: антисептик втирается в сухие руки до высыхания, иначе он не работает. Третья — поправить волосы в перчатках и продолжить работу.
Эксперт смотрит на обработку рук в самом начале и перед катетером. Оценивается не факт «помыл», а последовательность и время: намыливание, шесть позиций, одноразовая салфетка.
Шаг 1.1.3
Осматриваем рабочую зону и раскладываем оснащение по порядку использования: тонометр с манжетой нужного размера, фонендоскоп, термометр, пульсоксиметр, часы, лоток, кожный антисептик, спиртовые салфетки, жгут, катетеры 18–20G, фиксатор-повязка, заглушка, шприц 10 мл с физиологическим раствором, аппарат ЭКГ с десятью электродами и гелем, ёмкости с дезинфицирующим раствором, пакет для отходов класса Б и документация: температурный лист, лист назначений, бланк плана сестринских вмешательств. Каждую упаковку проверяем на целостность и срок годности, аппарат ЭКГ — на наличие бумаги и питание.
Подготовка напрямую влияет на 53 балла за алгоритмы: если заглушка или фиксатор обнаружатся только в момент постановки, придётся отвлекаться, а рука с катетером останется без фиксации. Шесть баллов за эргономику дают за то, что всё нужное лежит в пределах вытянутой руки и не приходится разворачиваться корпусом. Кроме того, проверка сроков годности и целостности упаковок — обязательный элемент алгоритма, который эксперт отмечает отдельно.
Пройдите по столу глазами и назовите про себя каждый предмет, который понадобится в следующие двадцать минут. Термометр встряхнут или включён, тонометр опрессован, манжета по размеру плеча, аппарат ЭКГ включён и показывает калибровочный сигнал. Отходный пакет раскрыт и закреплён, дезраствор налит с указанной экспозицией.
Частая ошибка — начать с пациентом, а оснащение искать по ходу: время уходит, а стерильные перчатки надеваются поверх уже загрязнённых. Вторая — взять манжету, не проверив, что она охватывает плечо: у пациента 65 лет оно часто полнее, и заниженная манжета даёт завышенные цифры. Третья — оставить необработанный термометр рядом с чистыми салфетками.
Эксперт наблюдает первые три-четыре минуты и отмечает, разложено ли оснащение до контакта с пациентом. Отдельно фиксируется, проверялись ли упаковки и сроки.
Действие 1.2. Идентифицировать пациента и войти в контакт
Шаг 1.2.1
Подходим к пациенту, представляемся полностью: фамилия, имя, отчество, должность. Затем просим его назвать фамилию, имя и дату рождения и сверяем с медицинской картой и идентификационным браслетом. Спрашиваем разрешение и объясняем, что сейчас будем делать: измерим давление, температуру, насыщение крови кислородом, снимем электрокардиограмму и поставим катетер для внутривенного введения препарата. Говорим, что любое действие можно остановить, и уточняем, готов ли пациент начать.
Коммуникация и правовые вопросы — 5 баллов из 70, и первый контакт оценивается целиком: представление, обращение по имени и отчеству, объяснение цели. Идентификация по двум признакам — не бюрократия: в кардиологии пациенты лежат с похожими диагнозами, и ошибка адресации означает катетер не тому человеку. Информированное согласие закреплено статьёй 20 закона № 323-ФЗ, и на конкурсе это проверяют как элемент правовой грамотности.
Пациент сам произнёс фамилию и дату рождения, и они совпали с документом. Он может своими словами сказать, что сейчас будет происходить, и подтвердил согласие. Вы назвали его по имени и отчеству хотя бы дважды и ни разу не сказали «больной» в третьем лице при нём.
Опасная ошибка — спрашивать «Вы ведь Иванов Иван Иванович?»: пациент подтвердит любое предположение, и идентификация превращается в формальность. Вторая — называть пациента по номеру койки или по диагнозу. Третья — начать измерение давления, не объяснив, что происходит: пациент напрягается, цифры растут, и данные уже недостоверны.
Эксперт стоит в зоне слышимости и отмечает, прозвучали ли два идентификатора и было ли представление. Отдельно фиксируется, объяснена ли цель каждого предстоящего вмешательства.
Шаг 1.2.2
Оцениваем общее состояние до любых измерений: в сознании ли пациент, как он лежит — на высоких подушках или горизонтально, не спущены ли ноги, — какого цвета кожные покровы и слизистые, есть ли бледность, цианоз губ, холодный пот, отёки на голенях. Смотрим на дыхание: частота, глубина, участие вспомогательных мышц, может ли человек закончить фразу на одном выдохе. Обращаем внимание на руки: дрожание, температура на ощупь, следы инъекций, состояние вен.
При ишемической болезни сердца давящая боль за грудиной может быть первым признаком нестабильной стенокардии или начинающегося инфаркта, и общий осмотр даёт ту рамку, в которую потом укладываются цифры. Холодный липкий пот и бледность при нормальном давлении меняют приоритет: сначала вызов врача, потом плановые манипуляции. Эти наблюдения входят в критерий оценки ситуации, а он определяет, насколько осмысленным будет дальнейший план.
В черновике появились четыре записи: сознание ясное, положение в постели, цвет кожных покровов, характер дыхания. Вы можете назвать, есть ли признаки ухудшения прямо сейчас. Если пациент сидит с опущенными ногами и при этом задыхается, это уже повод изменить порядок действий.
Ошибка — сразу хвататься за тонометр, не посмотрев на пациента: за цифрами можно не заметить холодный пот и нарастающую одышку. Вторая — оценивать состояние со слов «чувствую себя нормально», хотя человек бледен и говорит односложно. Третья — осматривать пациента через одеяло, не попросив открыть грудь для аускультации.
Эксперт смотрит, замечает ли участник внешние признаки: бледность, потливость, вынужденное положение. Это отличает механическое выполнение алгоритма от осмысленного.
Шаг 1.2.3
Обеспечиваем приватность: задвигаем ширму или закрываем дверь, предупреждаем соседей по палате. Помогаем пациенту занять положение полулёжа с приподнятым головным концом на тридцать-сорок градусов, подкладываем подушку под голову и валик под руку, освобождаем левую руку от рукава, не обнажая пациента целиком. Садимся или присаживаемся у кровати так, чтобы глаза были на одном уровне с глазами пациента, и спрашиваем, как он оценивает боль сейчас по шкале от нуля до десяти.
Положение с приподнятым головным концом уменьшает одышку и нагрузку на сердце, а также даёт удобный доступ к руке для измерения давления и постановки катетера. Приватность и уровень глаз — прямые слагаемые пяти баллов за коммуникацию: разговор сверху вниз пациент читает как безразличие. Оценка боли по шкале нужна не для красоты: это исходная точка, с которой вы потом сравните результат своих вмешательств и запишете динамику.
Пациент лежит удобно, рука лежит на валике, плечо не поднято, ширма закрыта. Боль оценена числом, а не словом «терпимо». Вы услышали хотя бы одну фразу пациента о том, чего он боится, и не перебили её.
Частая ошибка — оставить пациента сидеть на краю кушетки с опущенными ногами, потому что так удобнее измерять давление: при боли в груди это лишняя нагрузка. Вторая — разговаривать стоя над пациентом и через плечо, одновременно раскладывая инструменты. Третья — задать вопрос о боли в форме «болит?», на который невозможно ответить иначе как «да».
Эксперт оценивает эмпатию и темп речи: не перебивает ли участник, обращается ли по имени и отчеству, объясняет ли, что делает. Диалог записывается в ведомость отдельной строкой.
Действие 1.3. Собрать жалобы, анамнез и определить нарушенные потребности
Шаг 1.3.1
Расспрашиваем о боли по схеме, задавая открытые вопросы и уточняя каждый ответ: где именно болит, куда отдаёт, какого характера боль — давящая, сжимающая, жгучая, — когда началась и сколько длится, что её вызывает и что снимает. Просим оценить по шкале от нуля до десяти. Уточняем иррадиацию отдельно: левая рука, лопатка, нижняя челюсть, эпигастрий. Спрашиваем про нитроглицерин: принимал ли, сколько таблеток, через сколько минут стало легче. Дополнительно выясняем сопутствующие ощущения — одышку, потливость, тошноту, перебои в работе сердца, страх.
Оценка ситуации и планирование стоят всего 2 балла, но из жалоб вырастает приоритетная проблема, а значит и весь план ухода, за который дают ещё и документацию. При ишемической болезни типичная иррадиация в левую руку и нижнюю челюсть — это тот признак, который отличает стенокардию от боли в мышцах и определяет, нужно ли немедленно звать врача. Эффект нитроглицерина через две-три минуты подтверждает ишемическое происхождение боли.
В черновике записаны минимум пять характеристик: локализация, иррадиация, характер, длительность, интенсивность в баллах. Отдельной строкой — что принимал и с каким эффектом. Вы можете пересказать жалобу одним предложением, не подсматривая.
Классическая ошибка — спросить «что вас беспокоит?» и записать «боли в сердце». Из такой записи невозможно построить план и невозможно доказать, что вы оценили боль. Вторая — не спросить про иррадиацию и длительность. Третья — задать наводящий вопрос «отдаёт в левую руку?», после которого пациент соглашается автоматически.
Эксперт слушает формулировки: открытые вопросы, уточнения, отсутствие наводящих подсказок. Отдельно отмечается, зафиксирована ли интенсивность боли числом.
Шаг 1.3.2
Собираем анамнез: как давно поставлен диагноз ишемической болезни сердца, был ли инфаркт, стентирование или шунтирование, какие препараты принимает постоянно и когда последний раз. Обязательно выясняем аллергологический анамнез — на лекарства, латекс, антисептики, контрастные вещества, — и лекарственный: что уже вводили внутривенно и как переносил. Спрашиваем про сопутствующие заболевания: гипертония, сахарный диабет, болезни почек, — и про то, когда пациент последний раз ел и пил.
Аллергологический анамнез — это прямая безопасность: без него нельзя ни обрабатывать кожу антисептиком, ни вводить препарат. Правовые вопросы входят в те же 5 баллов за коммуникацию, и правильный сбор анамнеза показывает, что участник понимает ответственность, а не просто выполняет манипуляции. Сведения о постоянной терапии нужны врачу, которого вы позовёте из-за боли: без них он не сможет быстро принять решение.
Аллергоанамнез выяснен и записан отдельной строкой, даже если ответ отрицательный: «аллергии не отмечает» — это тоже запись. Список постоянных препаратов назван хотя бы по группам. Вы знаете, когда пациент последний раз принимал пищу.
Ошибка — считать, что «в истории всё написано»: в карте аллергия может быть указана неполно, а пациент помнит реакцию на новокаин двадцать лет назад. Вторая — спросить про аллергию одним словом «аллергия есть?» и не уточнить, на что именно. Третья — не спросить про домашние препараты и получить несовместимость с тем, что введёте.
Эксперт проверяет, прозвучал ли вопрос об аллергии до первой манипуляции с кожей, и записан ли ответ. Это один из немногих пунктов, где ошибка фиксируется сразу и не компенсируется дальше.
Шаг 1.3.3
Соотносим услышанное с потребностями по Вирджинии Хендерсон и выписываем нарушенные: дышать — если есть одышка при боли; двигаться — из-за боли и боязни движения; спать — из-за тревоги и непривычной обстановки; безопасность — риск падения при возможном снижении давления, риск нарушения ритма; общаться — потребность в информации о результате ЭКГ; поддерживать температуру — если пациент жалуется на зябкость. Из пяти-шести нарушенных выбираем одну приоритетную и проговариваем её вслух. Отдельно, своими словами, описываем эмоциональное состояние: расстроен, угнетён, боится результата.
Этот шаг закрывает критерий оценки ситуации и планирования, но его настоящая цена — в 53 баллах за алгоритмы: без списка проблем невозможно обосновать план, а без плана вмешательства превращаются в случайный набор действий. Страх перед результатом ЭКГ — не мелочь: тревога поднимает давление и пульс, и данные получаются искажёнными, а врач реагирует на искажение. Потребность в информации ведущая: пациент не понимает, что с ним происходит.
Выписано от четырёх до шести нарушенных потребностей, у каждой есть обоснование из жалоб или осмотра. Приоритетная названа одна, и вы можете объяснить, почему именно она первая. Эмоциональное состояние описано не словом «тревожен», а конкретно: чего боится и как это проявляется.
Частая ошибка — механически переписать все четырнадцать потребностей и не выделить ни одной приоритетной: план получается невыполнимым. Вторая — записать «страх» без пояснения, хотя именно страх определяет, как вы будете говорить с пациентом следующие полчаса. Третья — оценить потребности до осмотра, только по диагнозу из карты.
Эксперт подходит и спрашивает, почему выбрана именно эта приоритетная проблема. Ответ «так в алгоритме» не принимается — нужна связь с жалобами и осмотром.
Задача 2. Модуль А — провести объективное обследованиеМодуль А · алгоритмы 53 балла, документация 4 балла
Объективное обследование — это пять цифр, которые потом попадут в температурный лист и определят тактику: температура тела, артериальное давление на двух руках, пульс с его характеристиками, насыщение крови кислородом и частота дыхания. Здесь важно не только получить числа, но и получить их правильно: при ошибке в технике цифры уходят от истины на десятки единиц, и решение, принятое по ним, тоже оказывается неверным.
Действие 2.1. Измерить температуру тела
Шаг 2.1.1
Осматриваем подмышечную впадину: кожа должна быть сухой и целой, без опрелостей и следов недавнего растирания. Протираем насухо марлевой салфеткой, потому что влажная кожа занижает результат. Ртутный термометр встряхиваем до отметки ниже 35 °C, электронный включаем и ждём сигнала готовности. Ставим резервуар глубоко в подмышечную впадину и просим пациента плотно прижать плечо к туловищу; при необходимости поддерживаем руку своей, но не прижимаем через одеяло.
Термометрия — первая строка температурного листа, а работа с документацией стоит 4 балла и проверяется сверкой ваших записей с фактическими данными. Плотное прижатие нужно потому, что термометр измеряет температуру в замкнутой полости: при зазоре воздух охладит резервуар и вы получите 35,8 вместо 37,2. У пациента 65 лет субфебрильная температура может быть признаком инфекции, поэтому цифра важна в динамике.
Термометр стоит плотно, рука прижата, резервуар не выглядывает наружу. Ртутный столбик начал подниматься уже через две-три минуты, а электронный не показывает ошибку контакта. Если пациент кашляет и отводит руку, измерение придётся начать заново.
Самая частая ошибка — измерить температуру через рукав или сразу после душа, когда кожа влажная: результат будет ниже реального на полградуса. Вторая — подержать термометр три минуты и записать цифру «примерно». Третья — оставить пациента с термометром одного и уйти готовить катетер, не зафиксировав время начала.
Эксперт смотрит на положение термометра в первые секунды и на то, засекает ли участник время. Независимо от цифры фиксируется соблюдение техники, а разговор с пациентом во время измерения оценивается как часть коммуникации.
Шаг 2.1.2
Выдерживаем ртутный термометр десять минут, электронный — до звукового сигнала, и всё это время остаёмся рядом либо занимаемся другим делом в пределах видимости пациента. Извлекаем термометр, считываем показания на уровне глаз, держа его за противоположный конец, и сразу называем цифру вслух вместе с временем измерения. Записываем в черновик, а не надеемся на память: через двадцать минут вы будете помнить пять цифр и обязательно перепутаете давление с температурой.
Ртутный термометр выходит на плато именно к десятой минуте, а на пятой показывает на две-три десятых меньше; для температурного листа это разница между нормой и субфебрильной температурой. Считывание на уровне глаз нужно потому, что при взгляде сбоку столбик кажется смещённым. Запись в черновик защищает от самой обидной потери баллов: правильные измерения, которые потом в лист попадают с ошибкой.
Цифра названа и записана с указанием времени, например 36,6 в 10:20. Вы помните, на какой руке мерили давление и сколько было на второй руке. Термометр извлечён и лежит на лотке, а пациент не остался с ним один.
Ошибка — держать ртутный термометр пять минут и потом удивляться, почему у пациента с ознобом нормальная температура. Вторая — считывать показания, держа термометр против света или под углом. Третья — записывать цифру после того, как вас отвлекли, и подставлять «наверное, 36,7».
Эксперт может подойти и посмотреть на термометр вместе с участником: совпадает ли цифра в черновике с тем, что на шкале. Если участник называет время и значение «примерно», аспект не засчитывается.
Шаг 2.1.3
Обрабатываем термометр двукратно спиртовой салфеткой или погружаем в дезинфицирующий раствор с экспозицией по инструкции, затем убираем в ёмкость для чистых термометров. Ртутный термометр держим вертикально, не встряхиваем над полом. Салфетку выбрасываем в отходы класса Б, если она контактировала с биологическими жидкостями, и снимаем перчатки по правилам, не касаясь их наружной поверхности.
Обработка использованного оборудования — прямое слагаемое шести баллов за безопасность и эргономику, и эксперт смотрит на неё в каждом эпизоде, а не один раз за модуль. Термометр контактирует с кожей и с потом, поэтому без дезинфекции он становится переносчиком между пациентами. Правильное снятие перчаток — профилактика контакта с кровью, которая особенно важна после манипуляций с катетером.
Термометр лежит в ёмкости для чистых, раствор закрыт, на ёмкости видна экспозиция. Перчатки сняты так, что наружная поверхность оказалась внутри, и выброшены в пакет класса Б. Руки после снятия обработаны антисептиком.
Частая ошибка — положить необработанный термометр рядом с чистыми салфетками и продолжить работу. Вторая — протереть термометр сухой салфеткой «для вида». Третья — снять перчатки, стянув их за пальцы, и разбрызгать содержимое на костюм.
Эксперт наблюдает обработку и отмечает, меняются ли перчатки между эпизодами. Это один из пунктов, по которому видно, работает участник по алгоритму или по памяти.
Действие 2.2. Измерить артериальное давление
Шаг 2.2.1
Укладываем пациента так, чтобы рука лежала на уровне сердца, на валике или подушке, разогнутая и расслабленная. Даём отдохнуть пять минут, если перед этим была ходьба или разговор. Накладываем манжету на плечо на два-три сантиметра выше локтевой ямки, плотно, но так, чтобы под неё проходил один палец; нижний край не должен закрывать место выслушивания. Манжета должна охватывать не менее сорока процентов окружности плеча, поэтому при полной руке берём 22–32 см, а не стандартную. Трубки не перекручиваем, мембрану фонендоскопа ставим в локтевую ямку над плечевой артерией, а не под манжету.
Техника измерения давления входит в 53 балла за знание алгоритмов, и здесь каждая деталь меняет цифру: рука ниже уровня сердца завышает показатель на 10–15 мм рт.ст., маленькая манжета — ещё на 10–20, разговор во время измерения — на 5–10. При ишемической болезни решение о вызове врача принимается по этим цифрам, поэтому ошибка в технике превращается в ошибку в тактике. Отдых нужен и потому, что пациент только что жаловался на боль и волнуется.
Манжета на плече, а не на предплечье, нижний край выше локтевой ямки на два-три сантиметра, под манжету проходит палец. Рука расслаблена, на уровне сердца, пациент не говорит. Мембрана фонендоскопа под манжетой не оказалась.
Ошибка — накладывать манжету поверх рукава рубашки: ткань гасит тоны, и диастолическое давление занижается. Вторая — измерять на руке, которая висит вдоль тела, и получать завышенные цифры. Третья — накачивать манжету и одновременно разговаривать с пациентом, объясняя, что «сейчас будет немного туго».
Эксперт смотрит на уровень руки и положение манжеты, а также на то, молчит ли пациент во время измерения. Отдельно отмечается, был ли период отдыха перед первым измерением.
Шаг 2.2.2
Накачиваем воздух до уровня на тридцать миллиметров выше того, при котором исчез пульс на лучевой артерии. Выпускаем со скоростью два-три миллиметра в секунду и запоминаем первую цифру, на которой появился первый тон, и вторую, на которой тоны исчезли. Через одну-две минуты повторяем на той же руке, не снимая манжету, и берём среднее из двух значений. Если разница больше пяти миллиметров, делаем третье измерение. При первом контакте измеряем на обеих руках, чтобы зафиксировать асимметрию.
Два измерения с интервалом — требование стандарта, потому что первое почти всегда выше из-за реакции на саму процедуру. Скорость выпускания воздуха напрямую определяет точность: при быстром сбросе вы проскочите и систолическое, и диастолическое. Измерение на двух руках нужно для выявления асимметрии более десяти-пятнадцати миллиметров, которая бывает признаком сосудистой патологии и важна для врача.
Записаны обе пары цифр и их среднее, например 148/86 и 144/84, среднее 146/85. Разница между измерениями не больше пяти миллиметров. Время каждого измерения зафиксировано. Вы можете назвать разницу между руками.
Классика — одно измерение и запись «150/90» без повтора. Вторая ошибка — округление до десятков и потеря пятёрок: для динамики нужны точные цифры. Третья — сбросить воздух за три секунды, услышать один тон и записать давление наугад.
Эксперт может встать рядом и послушать вместе с участником: совпадают ли тоны, которые слышит он, с цифрами в черновике. Расхождение больше пяти миллиметров он фиксирует как ошибку техники.
Шаг 2.2.3
Сопоставляем полученные цифры с целевым уровнем для пациента с ишемической болезнью сердца — ниже 140/90, а при хорошей переносимости ниже 130/80 — и с его привычным рабочим давлением, если оно известно. Оцениваем пульсовое давление как разницу между систолическим и диастолическим. Если давление выше 180/100, ниже 90/60 или пульсовое больше 60, проговариваем вслух, что это требует вызова врача, и не оставляем цифру без реакции.
Цифра без интерпретации бесполезна: в температурный лист её внесут, но решение примет тот, кто понимает, что она значит. При давящей боли за грудиной подъём давления подтверждает ишемию, а падение ниже 90/60 после нитроглицерина — признак начинающейся гипотонии, при которой человека нельзя оставлять одного и тем более нельзя ставить катетер без врача. Понимание этих связей и есть та часть 53 баллов, которую нельзя выучить наизусть.
Вы называете целевой уровень для этого пациента и объясняете, укладываются ли в него полученные цифры. Решение сформулировано: сообщить врачу, повторить измерение через пятнадцать минут или продолжить по плану. Пульсовое давление посчитано.
Ошибка — записать цифры и молча пойти ставить катетер, не оценив, что 180/100 при боли в груди требует врача. Вторая — не заметить гипотонию после нитроглицерина и уложить пациента на спину без приподнятых ног. Третья — сравнить цифры с «нормой 120/80» и объявить пациенту, что у него всё плохо, не спросив про его рабочее давление.
Эксперт спрашивает, что участник будет делать при таких цифрах, и слушает обоснование. Ответ без ссылки на жалобы и состояние пациента оценивается ниже.
Действие 2.3. Определить пульс, сатурацию и частоту дыхания
Шаг 2.3.1
Кладём два-три пальца на лучевую артерию у основания большого пальца, прижимаем умеренно, чтобы не пережать сосуд, и считаем удары полные шестьдесят секунд по часам с секундной стрелкой. Одновременно оцениваем ритмичность, наполнение и напряжение. Если ритм нерегулярный, считаем обязательно минуту, а не пятнадцать секунд с умножением, и отдельно считаем дефицит пульса, выслушивая сердце и сравнивая число сердечных сокращений с числом пульсовых волн.
Пульс при ишемической болезни сердца несёт не меньше информации, чем давление: тахикардия при боли говорит о напряжении сердечной мышцы, а нерегулярный ритм может быть первым признаком фибрилляции предсердий, при которой меняется и тактика, и риск тромбоэмболии. Подсчёт в течение полной минуты нужен из-за аритмий: при нерегулярном ритме умножение короткого отрезка на четыре даёт ошибку в десять-пятнадцать ударов.
Получено число от шестидесяти до восьмидесяти в минуту у спокойного пациента, ритм описан как ритмичный или нерегулярный, наполнение — удовлетворительное или слабое. В черновике стоит время подсчёта. Если ритм нерегулярный, вы можете сказать, одинаковые ли промежутки между ударами.
Частая ошибка — посчитать пятнадцать секунд и умножить на четыре: при аритмии результат недостоверен. Вторая — давить на артерию так, что пульс пропадает, и потом считать «прерывистый». Третья — проверять пульс на сонной артерии у пациента в сознании, что неудобно и небезопасно.
Эксперт смотрит на часы участника и на длительность подсчёта. Отдельно фиксируется, описаны ли характеристики пульса, а не только частота, и названо ли время подсчёта.
Шаг 2.3.2
Надеваем пульсоксиметр на второй или третий палец кисти, с которой не измеряли давление и где нет катетера. Палец должен быть тёплым, без лака и без искусственных ногтей; если кисть холодная, согреваем её в своих ладонях или просим пациента спрятать руку под одеяло на минуту. Просим не двигать рукой и ждём десять-пятнадцать секунд, пока значение стабилизируется. Затем считаем частоту дыхания: незаметно, продолжая держать пациента за запястье, в течение тридцати секунд, и оцениваем глубину, ритм и участие вспомогательных мышц.
Сатурация ниже 95 процентов при нормальной температуре означает гипоксемию и требует внимания врача, а у пациента с ишемией миокарда каждая единица кислорода имеет значение. Измерение на руке с манжетой или катетером даёт ложные цифры из-за нарушения кровотока. Частоту дыхания считают незаметно, потому что человек, который знает, что его считают, начинает дышать иначе, и вы получите не реальную картину, а демонстрацию.
Сатурация устойчиво держится на 95–98 процентах, волна на экране ровная, без провалов. Частота дыхания в пределах 16–20 в минуту, дыхание не сопровождается втяжением межреберий. Все пять показателей — температура, давление, пульс, сатурация, частота дыхания — записаны в черновик.
Ошибка — измерить сатурацию на руке, где только что было давление, и получить 91 процент, которого нет. Вторая — взять первое значение, появившееся на экране, не дождавшись стабилизации. Третья — забыть про частоту дыхания совсем: это самый пропускаемый показатель и самая частая потеря баллов в этой задаче.
Эксперт проверяет, измерена ли сатурация на свободной руке, и спрашивает частоту дыхания. Отсутствие этого показателя в черновике видно сразу, как и палец с лаком под датчиком.
Задача 3. Модуль А — оценить данные, спланировать уход и оформить документыМодуль А · оценка и планирование 2 балла, документация 4 балла
Третий этап сестринского процесса — самый недооценённый: за оценку и планирование дают всего 2 балла, но именно здесь решается, будут ли остальные 53 балла выглядеть как осмысленная работа или как набор разрозненных манипуляций. Из жалоб и пяти цифр вырастают приоритетная проблема, цель с измеримым критерием и последовательность вмешательств, а затем всё это переносится в два документа: план сестринских вмешательств и температурный лист.
Действие 3.1. Оценить проблемы и выстроить приоритеты
Шаг 3.1.1
Раскладываем всё собранное на две группы. В реальные проблемы записываем то, что есть сейчас: давящую боль за грудиной, страх перед результатом электрокардиограммы, ограничение движения из-за боли, дефицит информации о предстоящем исследовании и о том, что происходит с сердцем. В потенциальные — то, что может возникнуть: риск падения при возможном снижении давления, риск нарушения ритма, риск гематомы и флебита в месте постановки катетера, риск аллергической реакции на препарат или антисептик. Из реальных выбираем одну приоритетную и объясняем выбор вслух.
Разделение на реальные и потенциальные проблемы — язык сестринского процесса, и эксперт слушает формулировки, а не общий смысл. Приоритетной при давящей боли за грудиной всегда становится боль, потому что она может быть проявлением острого коронарного события, а всё остальное в этот момент подождёт. Потенциальные проблемы нужны не для отчёта: из них вырастают меры профилактики, которые видны в плане и оцениваются в шести баллах за безопасность.
В черновике два списка, в первом три-четыре пункта, во втором не меньше трёх. Приоритет назван один, и к нему есть обоснование из жалоб: боль давящего характера, длительностью более двадцати минут, с иррадиацией в левую руку.
Частая ошибка — записать в реальные проблемы всё подряд, включая «риск падения»: риск — это всегда потенциальная проблема. Вторая — выбрать приоритетом страх, потому что с ним проще работать, и оставить боль без внимания. Третья — не разделять проблемы вовсе и написать общий абзац про «нарушенные потребности».
Эксперт слушает, как участник формулирует проблемы, и отмечает, разделены ли реальные и потенциальные. Отдельно фиксируется обоснование приоритета: ссылка на жалобы и на данные осмотра.
Шаг 3.1.2
По каждой потенциальной проблеме называем конкретную меру. Против падения — не оставлять пациента одного при головокружении, сопровождать при перемещении, проверить, что кровать в низком положении, а кнопка вызова под рукой. Против гематомы — прижать место пункции, не сгибать руку в локте, осмотреть через пятнадцать минут. Против аллергии — выясненный аллергоанамнез и наблюдение первые пять минут после введения. Против ухудшения состояния — контроль боли, давления и пульса каждые пятнадцать минут до стабилизации.
Безопасность и эргономика стоят 6 баллов, и проверяются они не словами, а действиями: эксперт смотрит, положил ли участник кнопку вызова в доступ и предупредил ли пациента не вставать резко после нитроглицерина. Мера без частоты и срока не считается мерой: «наблюдать» — не план, «измерять давление каждые пятнадцать минут до снижения боли ниже четырёх баллов» — план. Такую формулировку ждут и в плане вмешательств, за который дают 4 балла.
У каждой потенциальной проблемы есть мера с частотой или условием выполнения. Кнопка вызова лежит в пределах досягаемости пациента, боковое ограждение поднято, пациент предупреждён о том, что вставать без помощи нельзя. Вы можете назвать три меры без подсказки.
Ошибка — написать «обеспечить безопасность» и считать проблему закрытой. Вторая — оставить пациента одного с включённым катетером и не предупредить о том, что руку нельзя сгибать. Третья — не связать аллергоанамнез с предстоящим введением препарата: мера существует отдельно от риска.
Эксперт проверяет физическое окружение пациента: кнопку вызова, ограждение, положение кровати. Это те шесть баллов, которые легко потерять незаметно, потому что они не видны в манипуляциях.
Шаг 3.1.3
Формулируем приоритетную проблему в структуре «проблема — причина — проявление»: боль давящего характера за грудиной с иррадиацией в левую руку, обусловленная ишемией миокарда, проявляющаяся жалобами на сжатие и страхом, с интенсивностью шесть баллов из десяти. Вторую формулировку делаем по страху: тревога, связанная с ожиданием результата электрокардиограммы, проявляющаяся напряжением, учащением пульса и вопросами о том, что будет дальше. Проговариваем обе вслух, чтобы эксперт слышал формулировку, а не догадывался о ней.
Формулировка в трёх частях показывает, что участник понимает причину, а не перечисляет симптомы. От причины зависит выбор вмешательства: при ишемической боли нужен врач и препарат, при страхе — информация и присутствие. Оценка ситуации и планирование дают всего 2 балла, но именно эта формулировка потом переносится в план и в лист назначений, то есть работает ещё и на 4 балла документации.
В формулировке есть все три части, и вы можете объяснить, почему считаете причиной именно ишемию, а не, например, остеохондроз. Интенсивность боли указана числом. Вторая проблема сформулирована не как «страх», а как тревога с конкретным проявлением.
Ошибка — написать «боль в сердце» и остановиться: причина и проявление отсутствуют. Вторая — подменить сестринский диагноз медицинским и написать «ишемическая болезнь сердца», хотя это диагноз врача, а не проблема пациента. Третья — сформулировать проблему так, что из неё не вытекает ни одно действие.
Эксперт слушает формулировку целиком. Если в ней нет причины, он задаёт вопрос «почему вы так считаете» и оценивает ответ по связи с жалобами и осмотром.
Действие 3.2. Составить план сестринского ухода
Шаг 3.2.1
Записываем цели с измеримым критерием и сроком: к концу модуля пациент оценит боль не выше трёх баллов из десяти и назовёт три факта о том, как будет проходить электрокардиограмма. Под каждой целью — вмешательства с частотой: оценивать боль и давление каждые пятнадцать минут, вызвать врача при усилении боли или подъёме давления выше 160/100, обеспечить полусидячее положение, объяснить ход исследования до его начала, находиться рядом во время записи, проверить проходимость катетера перед введением препарата.
Цель без критерия нельзя ни выполнить, ни оценить, и эксперт отсекает такие формулировки одним вопросом: «как вы поймёте, что цель достигнута». Частота вмешательств нужна потому, что модуль длится шестьдесят минут, и без графика контроля вы либо забудете про пациента, пока ставите катетер, либо будете мерить давление каждые две минуты и не успеете остальное. Всё это вместе и есть содержание плана, за который дают 4 балла в разделе документации.
У каждой цели есть число и срок, у каждого вмешательства — частота или условие. Вы можете назвать, что будете делать, если через пятнадцать минут боль останется на прежнем уровне. В плане нет пункта «обеспечить комфорт» без расшифровки.
Самая частая ошибка — написать «следить за состоянием» и «обеспечить покой». Вторая — поставить цель «пациент не испытывает боли», которая недостижима в условиях модуля и потому не проверяема. Третья — расписать вмешательства, но не указать, кто и когда их выполняет.
Эксперт задаёт вопрос о критерии достижения цели. Если участник не может назвать число или срок, цель считается формальной и в плане не засчитывается.
Шаг 3.2.2
Согласуем план с пациентом: рассказываем по пунктам, что и зачем будем делать, спрашиваем, что для него сейчас важнее — узнать результат или сначала избавиться от боли, — и учитываем ответ в порядке действий. Договариваемся о сигнале: если боль усилится, пациент нажимает кнопку вызова или зовёт вас, а не терпит. Затем расставляем всё по минутам модуля: первые пятнадцать — боль, врач и информация, следующие двадцать — катетер и электрокардиограмма, последние десять — гигиена, документация и отчёт.
Согласование плана — это те 5 баллов за коммуникацию, которые набираются диалогом, а не монологом. Пациент, который понимает план, выполняет просьбы точнее и не снимает электроды в середине записи. Распределение по минутам нужно из-за жёсткого лимита: шестьдесят минут на модуль и тридцать на вариативную часть, и участники, начавшие с документации, регулярно не успевают снять электрокардиограмму.
Пациент своими словами пересказал хотя бы два пункта плана и назвал, как вас позвать. У вас есть последовательность с временными метками, и в ней манипуляции не пересекаются. На документы оставлено не меньше десяти минут.
Ошибка — составить план молча и объявить его как приказ. Вторая — начать с постановки катетера, потому что «так написано в задании», и оставить боль без оценки на двадцать минут. Третья — не договориться о сигнале вызова и узнать об усилении боли, когда пациент уже побледнел.
Эксперт слушает диалог и отмечает, задавал ли участник вопросы о предпочтениях пациента. Монолог без обратной связи снижает оценку коммуникации, даже если план правильный.
Действие 3.3. Заполнить план вмешательств и температурный лист
Шаг 3.3.1
Заполняем бланк плана сестринских вмешательств: дату и время, приоритетную проблему, цель, вмешательства, отметку о выполнении, оценку результата и подпись. Пишем чернилами, разборчиво, без сокращений, которые поймёт только автор. Если нужно исправить запись, зачёркиваем одной чертой, пишем новое и заверяем подписью, а не замазываем корректором. В графе оценки отражаем динамику: боль была шесть баллов, стала четыре, давление снизилось со 148/86 до 138/82.
Работа с медицинской документацией — 4 балла, и проверяется она по трём признакам: заполнены ли все графы, читаемо ли написано, есть ли подпись и время. План без отметки о выполнении юридически не существует: если вмешательство не отмечено, считается, что оно не проводилось. Исправления по правилам нужны потому, что документ может быть запрошен при разборе, и замазанная строка делает его недействительным.
Все графы заполнены, пустых нет. Время выполнения совпадает с фактическим, подпись стоит под каждой строкой или в конце раздела, как предусмотрено формой. Запись читается человеком, который не знает вашего почерка.
Частая ошибка — оставить графу «оценка результата» пустой, потому что «пока не до этого». Вторая — заполнить план заранее, до выполнения манипуляций, и потом не совпасть по времени. Третья — исправлять цифру, закрашивая её ручкой: такой документ считается испорченным.
Эксперт подходит и сверяет записи с тем, что видел: совпадает ли время постановки катетера с отметкой, есть ли оценка динамики боли. Читаемость проверяется визуально.
Шаг 3.3.2
Переносим измеренные показатели в температурный лист. В графической части ставим точку температуры на пересечении времени и значения: цена деления по температуре 0,2 градуса, по пульсу и частоте дыхания — четыре удара, по давлению — десять миллиметров ртутного столба. Соединяем точки температуры линией, отдельными линиями показываем пульс и давление, в табличной части записываем сатурацию, вес и данные о физиологических отправлениях, если форма их предусматривает. Каждую точку ставим строго по шкале, а не «на глаз между линиями».
Температурный лист — графический документ, и его ценность в том, что динамика видна сразу: подъём температуры на полградуса и падение давления на двадцать единиц читаются как картина, а не как набор цифр. Точность нанесения входит в 4 балла за документацию: точка на клетку выше превращает нормальную температуру в субфебрильную и меняет восприятие наблюдения. Сатурацию вносят отдельно: для неё нет графы в стандартной сетке.
Точки стоят на пересечении нужных линий, линия температуры соединена и не рвётся. Значения в графике совпадают с черновиком до десятых. Сатурация и частота дыхания внесены, дата и время указаны, подпись стоит.
Ошибка — поставить температуру 36,6 на линию 36,8 из-за спешки. Вторая — нанести давление в графу пульса и получить линию, которая ничего не значит. Третья — перенести только температуру, оставив пульс и давление в черновике: эксперт сверяет все пять показателей.
Эксперт сверяет график с вашим черновиком и со своими измерениями. Расхождение хотя бы в одном показателе фиксируется как ошибка документирования, а не как описка.
Задача 4. Модуль А — выполнить назначения: катетер и электрокардиограммаМодуль А · алгоритмы 53 балла, безопасность 6 баллов
Ядро модуля: постановка периферического венозного катетера и регистрация электрокардиограммы в двенадцати отведениях. За эти две манипуляции дают большую часть из 53 баллов за знание алгоритмов, и оценивают их по деталям: двукратная обработка кожи, угол введения, снятый вовремя жгут, правильное расположение десяти электродов, подписанная лента. Ошибка в любом из этих пунктов стоит не одного балла, а целой группы аспектов.
Действие 4.1. Сверить назначения и подготовить всё к манипуляциям
Шаг 4.1.1
Берём лист назначений и читаем вслух каждую строку: название препарата, доза, концентрация, путь введения, кратность и время. Проверяем флакон или ампулу: срок годности, целостность стекла, прозрачность раствора, отсутствие осадка и хлопьев, соответствие концентрации написанному. Сверяем препарат с аллергологическим анамнезом, который собрали раньше, и с назначенной скоростью введения. Если в назначении что-то не сходится или непонятно, уточняем у врача до того, как наберём раствор в шприц.
Сверка назначений — часть правовых вопросов и одновременно прямая безопасность: ошибка в концентрации или кратности обходится пациенту дороже любой другой. Знание алгоритмов на 53 балла включает именно проверку перед введением, а не только технику прокола. Чтение вслух нужно ещё и потому, что эксперт должен слышать, что участник действительно прочитал назначение, а не взял первый попавшийся флакон.
Пять параметров сверены: препарат, доза, концентрация, путь, время. Срок годности в пределах, раствор прозрачный. Вы можете сказать, какой препарат, в какой дозе и с какой скоростью будете вводить. Расхождений с аллергоанамнезом нет.
Частая ошибка — взять флакон «какой стоит на столе» и не прочитать этикетку: концентрации 0,9 и 10 процентов выглядят одинаково, пока не прочитаешь. Вторая — не проверить раствор на свету и ввести мутный. Третья — заметить расхождение в назначении и промолчать, чтобы не тратить время.
Эксперт слушает, читает ли участник этикетку вслух, и смотрит, сверяется ли он с листом назначений. Это один из аспектов, который отмечают отдельно от техники.
Шаг 4.1.2
Осматриваем обе руки и выбираем вену: пальпируем, а не только смотрим, потому что хорошая вена на вид может оказаться склерозированной. Нужна упругая, эластичная, прямая вена достаточного диаметра, не на месте сгиба, не над суставом, без следов недавних пункций, гематом и признаков воспаления. Предпочитаем недоминирующую руку и дистальные отделы: чем ниже пункция, тем больше вен останется для следующих. У пациента 65 лет вены часто хрупкие, поэтому тонкие извитые сосуды на кисти оставляем на крайний случай.
Выбор вены — первое слагаемое успеха: катетер в склерозированном сосуде не пройдёт, а пункция над суставом будет постоянно подтягиваться при движении и даст флебит. При ишемической болезни сердца пациенту может понадобиться экстренное введение препаратов, поэтому вена должна быть надёжной и обеспечивать хороший кровоток. Эти решения входят в 53 балла за алгоритмы и в 6 баллов за безопасность, потому что от них зависит риск осложнений.
Вы можете показать выбранную вену и объяснить выбор: прямая, упругая, не на сгибе, на недоминирующей руке. При нажатии вена наполняется и быстро спадается. На коже рядом нет гематомы, покраснения и следов недавних пункций.
Ошибка — колоть в первую увиденную вену, обычно на локтевом сгибе, потому что она крупная: рука будет сгибаться, катетер подтянется и придётся переставлять. Вторая — выбирать вену на стороне, где уже стоит катетер или была мастэктомия. Третья — пытаться пальпировать вену после обработки кожи антисептиком.
Эксперт смотрит, осматривает ли участник обе руки и пальпирует ли вену, а не выбирает её на глаз. Пункция в первую попавшуюся вену фиксируется как нарушение алгоритма.
Шаг 4.1.3
Укладываем пациента на спину, руку разгибаем и кладём на валик или подушку так, чтобы она была ниже уровня сердца: так вена наполняется лучше. Объясняем, что сейчас будет прокол, что он короткий, и просим предупредить, если станет больно. Раскладываем в пределах вытянутой руки: жгут на десять-пятнадцать сантиметров выше места пункции, антисептик, спиртовые салфетки, катетер 18–20G, фиксатор, заглушку, шприц с физиологическим раствором, лоток для использованных материалов и контейнер для колющих отходов, который ставим на уровне рук, а не на пол.
Эргономика входит в шесть баллов за безопасность: если контейнер для игл стоит на полу, участник тянется за ним с иглой в руке и рискует уколоться. Положение руки ниже уровня сердца нужно для хорошего наполнения вены, иначе прокол придётся повторять, а каждая лишняя попытка — это гематома и потеря баллов. Предупреждение о проколе — часть коммуникации: неожиданная боль повышает давление и пульс, и цифры уже не отражают исходное состояние.
Рука на валике, разогнута, вена видна или пальпируется. Всё необходимое лежит рядом, контейнер для игл открыт и стоит высоко. Пациент предупреждён и подтвердил готовность. Перчатки надеты и не повреждены.
Ошибка — начать прокол, а потом искать фиксатор во втором лотке. Вторая — поставить контейнер для игл на пол и наклоняться к нему с иглой. Третья — не предупредить пациента и получить резкое движение руки в момент введения катетера.
Эксперт оценивает организацию пространства: всё ли под рукой, нет ли необходимости разворачиваться. Отдельно отмечается, предупреждён ли пациент о проколе и о том, что руку нельзя сгибать.
Действие 4.2. Поставить периферический венозный катетер
Шаг 4.2.1
Накладываем жгут на десять-пятнадцать сантиметров выше выбранного места и просим пациента сжать и разжать кулак два-три раза. Убеждаемся, что вена наполнилась, и ослабляем жгут, если держать его придётся дольше минуты. Затем обрабатываем кожу антисептиком двукратно, круговыми движениями от центра предполагаемой пункции к периферии, на площади не меньше десяти сантиметров в диаметре, и даём высохнуть тридцать секунд. Не вытираем, не сдуваем и не пальпируем вену после обработки: любое касание сводит обработку к нулю.
Двукратная обработка с высыханием — требование асептики, и это часть шести баллов за безопасность, которую эксперт проверяет именно здесь. Антисептик работает только после испарения спирта: если начать прокол по влажной коже, он занесётся в канал вместе с иглой. Длительное стояние жгута ухудшает результаты анализов и повышает риск тромбоза, поэтому его снимают сразу после попадания в вену.
Кожа сухая, обработана дважды, границы обработки не меньше десяти сантиметров. Вена наполнена, но жгут не держится дольше минуты. Вы не касались места пункции после обработки: вена фиксируется нажатием ниже места прокола, а не за него.
Ошибка — обработать кожу один раз и сразу колоть: спирт не успел высохнуть, и жжение будет сильнее, а антисептика в коже не останется. Вторая — проверить вену пальцем после обработки. Третья — держать жгут две-три минуты, пока раскладываются инструменты.
Эксперт смотрит на вторую обработку и на паузу до прокола. Пункция по влажной коже фиксируется как нарушение асептики, и этот аспект не компенсируется дальнейшей техникой.
Шаг 4.2.2
Берём катетер в правую руку, снимаем колпачок, фиксируем вену большим пальцем левой руки на два-три сантиметра ниже места пункции, натягивая кожу. Вводим иглу с катетером срезом вверх под углом пятнадцать-тридцать градусов к поверхности, пока в прозрачной канюле не появится кровь. Тогда уменьшаем угол почти до параллельного коже, продвигаем катетер ещё на два-три миллиметра, снимаем жгут и прижимаем вену салфеткой выше места пункции. Вынимаем иглу, придерживая канюлю, и сразу подсоединяем заглушку или систему.
Угол пятнадцать-тридцать градусов — не формальность: при большем угле игла прокалывает заднюю стенку вены, и кровь идёт в окружающие ткани, образуя гематому. Продвижение на два-три миллиметра после появления крови нужно, чтобы в вене оказался не только кончик иглы, но и сам катетер. Жгут снимают до извлечения иглы, иначе кровь под давлением пойдёт в ткани. Всё это входит в 53 балла за алгоритмы, и каждый пункт проверяется отдельно.
Кровь в канюле появилась без образования гематомы под кожей, катетер вошёл свободно, без сопротивления. Жгут снят, вена прижата, игла извлечена, заглушка подсоединена. Кожа вокруг места пункции не вздулась и не посинела.
Самая частая ошибка — продвигать катетер вместе с иглой: острый край прорезает вену, и появляется гематома, из-за которой катетер приходится убирать. Вторая — снять жгут после извлечения иглы и получить кровотечение из места пункции. Третья — колоть сквозь вену насквозь и потом подтягивать иглу, пытаясь попасть в просвет.
Эксперт стоит рядом и смотрит на угол введения, на фиксацию вены и на момент снятия жгута. Именно эти три детали отличают правильную технику от приблизительной.
Шаг 4.2.3
Промываем катетер физиологическим раствором, вводя пять-десять миллилитров без усилия, и следим за кожей вокруг: она не должна бледнеть, вздуваться или становиться болезненной. Закрываем катетер заглушкой, фиксируем прозрачной повязкой или пластырем так, чтобы место пункции было видно, а повязка не сдавливала вену. На этикетку наносим дату и время постановки, размер катетера и свою фамилию, клеим её на повязку или рядом. Укладываем руку удобно и просим не сгибать её резко.
Промывание проверяет проходимость и одновременно подтверждает, что катетер стоит в вене, а не в тканях: при экстравазации появляется отёк и боль. Прозрачная повязка нужна для ежедневного осмотра, а маркировка с датой — требование, без которого невозможно соблюсти срок стояния 72–96 часов. Всё это входит в алгоритм на 53 балла, а сдавление вены повязкой ведёт к флебиту, то есть к нарушению безопасности.
При промывании нет сопротивления и нет боли, кожа вокруг места пункции обычного цвета, без отёка. Повязка сухая, место прокола видно через неё. Этикетка читается и содержит дату, время и размер катетера.
Ошибка — заклеить место пункции непрозрачным пластырем в несколько слоёв: осмотреть катетер потом невозможно. Вторая — не промыть катетер и оставить его закрытым на час, а затем вводить препарат в затромбированный просвет. Третья — забыть маркировку, из-за чего срок стояния неизвестен.
Эксперт проверяет маркировку и прозрачность повязки: видно ли место пункции и читается ли дата. Отсутствие даты отмечается отдельным аспектом, даже если сам катетер стоит идеально.
Действие 4.3. Зарегистрировать электрокардиограмму
Шаг 4.3.1
Включаем аппарат, проверяем настройки: скорость движения ленты двадцать пять миллиметров в секунду, усиление десять миллиметров на милливольт, фильтр помех по необходимости. Убеждаемся, что бумага заправлена, а калибровочный сигнал ровный и высотой десять миллиметров. Убираем телефон и источники помех от кушетки. Пациент лежит на спине, руки вдоль тела, ноги выпрямлены и не соприкасаются, дыхание спокойное; объясняем, что запись займёт несколько минут и что нужно лежать неподвижно и не разговаривать.
Скорость 25 миллиметров в секунду и усиление 10 миллиметров на милливольт — стандарт, без которого ленту невозможно интерпретировать: по ней считают интервалы и амплитуду. Калибровочный сигнал подтверждает, что аппарат настроен верно. Помехи от телефона и напряжения мышц дают артефакты, из-за которых зубец выглядит как патология и врач тратит время на ложную тревогу. Настройка входит в 53 балла: от неё зависит достоверность результата.
Калибровочный импульс ровный, высотой в две крупные клетки. Бумага движется без перекосов. Пациент лежит ровно, руки и ноги не соприкасаются, телефон убран от кушетки. На экране нет широкой полосы помех и дрожания изолинии.
Ошибка — записать ленту на скорости пятьдесят миллиметров в секунду, а потом считать интервалы по стандартной шкале. Вторая — оставить телефон рядом с электродами и получить наводку во всех отведениях. Третья — не проверить калибровку и получить заниженную амплитуду.
Эксперт смотрит на настройки аппарата и на калибровочный сигнал на ленте. Неверная скорость фиксируется как ошибка алгоритма, а отсутствие калибровки — как нарушение методики.
Шаг 4.3.2
Обезжириваем кожу спиртовой салфеткой в местах наложения, при необходимости сбриваем волосы. Накладываем электроды на конечности: красный — правая рука, жёлтый — левая, зелёный — левая нога, чёрный — правая, на голень или тыл стопы. Грудные отведения ставим по точкам: первое — четвёртое межреберье у правого края грудины, второе — четвёртое межреберье у левого края, третье — между вторым и четвёртым, четвёртое — пятое межреберье по левой среднеключичной линии, пятое — передняя подмышечная линия на уровне четвёртого, шестое — средняя подмышечная там же. Наносим гель и прижимаем.
Положение десяти электродов определяет анатомическую привязку кривой: если первое и второе отведения поменять местами, картина зеркалится, и врач может увидеть инфаркт там, где его нет. Точки на груди отсчитывают от межреберья, а не «на глаз»: смещение на одно ребро меняет форму комплекса и может скрыть признаки ишемии передней стенки. Это самый весомый аспект в регистрации электрокардиограммы, и он входит в 53 балла за алгоритмы.
Все десять электродов на местах, под каждым есть гель, изолиния в каждом отведении ровная, без «плавающих» электродов. Цвета на конечностях не перепутаны. Грудные электроды стоят на одной линии по вертикали и не смещены на соседнее ребро.
Классическая ошибка — поставить четвёртое отведение в четвёртое межреберье вместо пятого: кривая меняется, и признаки ишемии передней стенки исчезают. Вторая — перепутать красный и жёлтый электрод на руках. Третья — наложить электрод на волосы без геля и получить полосу помех вместо комплексов.
Эксперт подходит и проверяет точки наложения по межреберьям, а не по общему виду. Перепутанные конечности видны ему сразу по первому отведению, а смещение на ребро — по форме комплекса.
Шаг 4.3.3
Записываем по три-четыре комплекса в каждом отведении, при необходимости переключаем группы автоматически. Следим за качеством: если в отведении появилась дрожь, наводка или обрыв, запишите этот участок заново, не меняя положения электродов. На свободном поле ленты подписываем фамилию и инициалы пациента, возраст, дату, время и свою фамилию. Снимаем электроды, убираем гель салфеткой, протираем кожу и обрабатываем электроды по инструкции.
Лента без подписи не имеет юридической силы: по ней невозможно понять, кому и когда она принадлежит, а значит, её нельзя использовать в разборе. Качество записи напрямую влияет на интерпретацию: артефакт в третьем отведении имитирует подъём сегмента и отправляет пациента на срочную коронарографию. Работа с документацией стоит 4 балла, и подпись на ленте — её часть.
В каждом из двенадцати отведений есть не меньше трёх комплексов, изолиния ровная, амплитуда достаточная. Подпись содержит фамилию, возраст, дату, время и исполнителя. Кожа пациента сухая, гель убран, электроды чистые.
Ошибка — отдать ленту без подписи и без времени. Вторая — оставить отведение с обрывом, потому что «и так видно». Третья — оставить гель на коже и на электродах, из-за чего следующая запись будет с помехами.
Эксперт смотрит ленту целиком: количество комплексов, подпись, отсутствие артефактов. Отдельно проверяется, показана ли лента врачу, — это часть коммуникации и безопасности.
Действие 4.4. Обезвредить отходы, отметить выполнение и доложить врачу
Шаг 4.4.1
Иглу от катетера сразу помещаем в контейнер для колющих отходов, не надевая колпачок и не передавая из руки в руку. Ватные шарики с кровью, использованные салфетки и перчатки отправляем в пакет для отходов класса Б; упаковки от катетера и бумагу — в отходы класса А. Лоток, жгут, фонендоскоп и электроды обрабатываем дезинфицирующим раствором с экспозицией по инструкции, не забывая про манжету тонометра. Снимаем перчатки, обрабатываем руки антисептиком и только потом берём документы.
Обработка оборудования и отходов — прямые шесть баллов за безопасность и эргономику, и проверяются они после каждой манипуляции, а не в конце модуля. Игла в неправильном контейнере или колпачок, надетый обратно, — это риск травмы с инфицированием, и на конкурсе такое действие останавливают. Электроды и манжета контактируют с кожей многих пациентов, поэтому дезинфекция обязательна, даже если визуально они чистые.
Игла в контейнере, отходы разделены по классам, растворы закрыты и подписаны. Лоток и жгут обработаны, экспозиция выдержана. Перчатки сняты правильно и выброшены, руки обработаны. На столе нет открытых игл и шариков с кровью.
Самая опасная ошибка — пытаться надеть колпачок обратно на иглу: именно так происходят уколы. Вторая — выбросить шарики с кровью в бытовой мусор. Третья — протереть лоток салфеткой без раствора и считать его обработанным.
Эксперт наблюдает за утилизацией иглы пристально: это точка, где безопасность видна без всяких пояснений. Нарушение фиксируется сразу и обсуждается с главным экспертом.
Шаг 4.4.2
Открываем лист назначений и делаем отметку о выполнении: дата, время, название препарата, доза, путь введения и подпись. Если вводили раствор — указываем фактическое время начала и окончания, а не время назначения. Отдельной строкой отмечаем постановку катетера: дату, время, размер, место. Если какое-то назначение не выполнено, пишем причину и то, что сообщили врачу. Все отметки делаем сразу, не откладывая на конец модуля.
Лист назначений — юридический документ, и 4 балла за работу с документацией набираются именно здесь. Отметка «выполнено» задним числом недопустима: по времени в листе проверяют, когда фактически вводили препарат, и сопоставляют с реакцией пациента. Указание причины невыполнения защищает и участника, и пациента: молча пропущенное назначение выглядит как халатность, а объяснённое — как осознанное решение.
Каждая строка, относящаяся к выполненным назначениям, содержит время и подпись. Время совпадает с фактическим. Отметка о катетере содержит дату, время и размер. Ни одна строка не оставлена пустой без объяснения.
Ошибка — расписаться за все назначения заранее, а потом выполнять их в другом порядке. Вторая — поставить подпись без времени. Третья — не отметить постановку катетера, из-за чего срок его стояния невозможно проконтролировать.
Эксперт сверяет время в листе с реальным ходом модуля: если катетер поставлен в 10:40, а в листе 10:20, это фиксируется как недостоверная запись и обсуждается отдельно.
Шаг 4.4.3
Идём к врачу и докладываем по схеме: что беспокоило пациента, какие цифры получены, что сделано. Например: давящая боль за грудиной шесть баллов, артериальное давление 148/86, пульс 92, сатурация 96 процентов, катетер установлен, электрокардиограмма снята, лента готова. Отдельно говорим о страхе пациента перед результатом и о том, что он не информирован о своих показателях. Спрашиваем, что делать дальше, и фиксируем ответ в плане ухода.
Доклад врачу — часть коммуникативных навыков на 5 баллов и одновременно условие безопасности: при боли, которая может быть проявлением острого коронарного события, решение принимает врач, а не медсестра. Структурированный доклад экономит время, которого при ишемии мало: пять показателей и три действия воспринимаются быстрее, чем пересказ всего модуля. Запись ответа врача в план закрывает цикл сестринского процесса.
Доклад содержит жалобу, три-пять цифр, перечень выполненных действий и вопрос о дальнейшей тактике. Врач ответил, и ответ записан в план. Вы можете повторить формулировку доклада без бумажки, не заглядывая в записи.
Ошибка — рассказать всё по порядку, начиная с термометрии, и не дойти до боли. Вторая — не сообщить об эмоциональном состоянии пациента и о том, что он не понимает, что происходит. Третья — получить указание и не записать его, а потом действовать по памяти.
Эксперт слышит доклад и оценивает его структуру: сначала приоритет, потом цифры, потом действия. Отдельно отмечается, записан ли ответ врача и спрошено ли о дальнейшей тактике.
Задача 5. Модуль Б — провести занятие по первой помощиМодуль Б · 30 баллов: коммуникация 10, обучение навыкам 20
Вариативный модуль на тридцать минут и тридцать баллов: вы обучаете мини-группу навыкам первой помощи. Двадцать баллов дают за то, что слушатели действительно освоили навык, и десять — за коммуникацию. Тема уточняется главным экспертом, и за день до чемпионата в модуль вносят до тридцати процентов изменений, поэтому первым делом нужно выяснить актуальную формулировку, а не готовить занятие по памяти.
Действие 5.1. Уточнить тему и построить занятие
Шаг 5.1.1
Подходим к главному эксперту и уточняем три вещи: точную тему занятия, состав мини-группы и регламент. По конкурсному заданию тема может касаться внезапной остановки сердца, кровотечений, травм или ожогов, и за день до чемпионата в вариативный модуль вносят до тридцати процентов изменений, которые утверждает группа экспертов. Записываем формулировку дословно. Если тема — остановка сердца, планируем сердечно-лёгочную реанимацию; если кровотечение — жгут и давящую повязку; если ожоги — охлаждение и асептическую повязку.
Тридцать баллов модуля Б начисляются за обучение по той теме, которую утвердили эксперты, и занятие не по теме обнуляет двадцать баллов независимо от качества речи. Правило о тридцати процентах изменений прописано в разделе вариативного модуля, и оно действует именно на региональном чемпионате, поэтому пересказ заученного сценария — самый рискованный путь. Уточнение у главного эксперта занимает минуту и снимает этот риск.
У вас записаны тема, число слушателей и отведённое время. Вы можете назвать навык, который слушатели освоят, и препараты или средства, которые для этого нужны. Формулировка темы совпадает с той, что произнёс эксперт.
Частая ошибка — начать занятие по теме, которую готовили дома, не уточнив изменений: на региональном этапе она часто звучит иначе. Вторая — уточнить тему у любого эксперта, а не у главного. Третья — услышать тему и не записать, а через десять минут пересказать её своими словами с потерей смысла.
Главный эксперт фиксирует, что участник уточнил формулировку темы и регламент. Оценивающие эксперты в мини-группе слушают занятие и сверяют его содержание с утверждённой темой.
Шаг 5.1.2
Строим занятие из трёх частей и распределяем время: мотивация — одна-две минуты, основная часть с показом и отработкой — пять-шесть минут, закрепление и ответы — две минуты. Готовим наглядность: памятку или плакат с пятью шагами алгоритма, набранными крупно, чтобы читалось с двух метров. Раскладываем оснащение: манекен или валик, стерильные салфетки, бинт, жгут, перчатки, телефон для вызова скорой. Проверяем манекен: пружина работает, индикатор глубины цел, поверхность чистая.
Структура занятия — первое, что оценивают в коммуникации на 10 баллов: наличие начала, основной части и завершения видно без всяких пояснений. Наглядность нужна потому, что навык первой помощи осваивают глазами и руками, а не на слух: памятка с пятью шагами остаётся у слушателя после занятия. Проверка манекена — часть безопасности: сломанная пружина не даст отработать глубину компрессий, и слушатели уйдут с ложным ощущением, что умеют.
У вас есть план по минутам, памятка с пятью шагами читается с расстояния двух метров, манекен и расходные средства разложены в порядке использования. Площадка свободна, слушатели смогут встать вокруг манекена полукругом.
Ошибка — импровизировать без плана и уложиться в две минуты вместо восьми. Вторая — написать памятку мелким шрифтом и показывать её с расстояния вытянутой руки. Третья — не проверить манекен и обнаружить, что он не показывает глубину, в момент отработки.
Эксперт отмечает наличие плана и наглядности. Памятка с проверяемыми шагами и цифрами оценивается выше общих слов про важность первой помощи и картинок без алгоритма.
Действие 5.2. Начать занятие и установить контакт с группой
Шаг 5.2.1
Здороваемся, представляемся: имя, отчество, роль. Обращаемся к группе, а не к манекену, и сразу задаём вопрос, который включает слушателей: приходилось ли кому-то оказывать первую помощь или быть свидетелем остановки сердца. Выслушиваем один-два ответа, не перебивая. Говорим простым языком, медицинские термины расшифровываем при первом употреблении, и сразу договариваемся о правилах: спрашивать можно в любой момент, повторять за мной, ошибаться не страшно.
Коммуникативные навыки дают 10 баллов из 30, и первый контакт оценивается целиком: приветствие, представление, обращение к аудитории, вовлечение. Вопрос про личный опыт нужен, чтобы перевести слушателей из пассивной позиции в активную: человек, который уже что-то рассказал, дальше слушает иначе. Расшифровка терминов — требование доступности, и на конкурсе её отмечают отдельно, потому что занятие идёт для населения, а не для коллег.
Вы обратились ко всей группе, а не к одному человеку, и хотя бы двое ответили на вводный вопрос. Правила проговорены. Ни одного термина без объяснения в первых двух минутах не прозвучало, голос слышен с последнего ряда.
Ошибка — начать с терминов и статистики, не поздоровавшись и не представившись. Вторая — смотреть в памятку или в пол, не устанавливая зрительный контакт. Третья — задать вопрос и сразу ответить на него самому, не дав группе времени.
Эксперт стоит в группе и оценивает контакт: смотрит ли участник на слушателей, слышно ли его, реагирует ли он на ответы и не читает ли ответ с листа, сохраняя контакт с группой.
Шаг 5.2.2
Объясняем, почему это важно именно для них: при остановке сердца счёт идёт на минуты, скорая в городе едет в среднем восемь-десять минут, а необратимые изменения в мозге начинаются через четыре-пять минут без кровотока. Формулируем цель занятия в измеримых словах: к концу встречи каждый слушатель выполнит тридцать компрессий с частотой сто-сто двадцать в минуту и глубиной пять-шесть сантиметров. Затем задаём два вопроса на проверку исходных знаний: куда давить и с какой частотой, — и запоминаем, что группа уже знает.
Мотивация — обязательная часть занятия, и без неё основная часть воспринимается как абстрактная инструкция. Цель в измеримых словах нужна не для отчёта: по ней в конце проверяется, достигнут ли результат, а результат — это те двадцать баллов за обучение навыкам. Проверка исходных знаний позволяет не тратить время на известное и показывает слушателям, что их уровень учитывают.
Вы назвали цифры: четыре-пять минут до необратимых изменений, восемь-десять минут до приезда скорой. Цель сформулирована через действие и число. Два вопроса заданы, ответы услышаны, и вы можете сказать, какой шаг группа не знает.
Ошибка — ограничиться фразой «первая помощь важна» без цифр и без связи с аудиторией. Вторая — поставить цель «рассказать о первой помощи», которую невозможно проверить. Третья — не задать ни одного вопроса и весь остаток занятия говорить в пустоту.
Эксперт фиксирует, прозвучала ли цель и были ли вопросы к группе. Цифры в мотивации отмечаются как признак подготовленности, а цель без числа — как формальность.
Действие 5.3. Показать навык и организовать отработку
Шаг 5.3.1
Показываем алгоритм на манекене, комментируя каждый шаг. Проверяем сознание: окликаем и встряхиваем за плечи. Зовём помощь: просим конкретного человека вызвать скорую по 103 или 112 и принести дефибриллятор, если он есть. Проверяем дыхание десять секунд: запрокидываем голову, смотрим, слушаем, чувствуем. Если дыхания нет, начинаем компрессии: основание ладони в центр грудной клетки, вторая сверху, пальцы в замок, руки прямые, давление весом тела, глубина пять-шесть сантиметров, частота сто-сто двадцать в минуту, полное расправление между нажатиями, тридцать компрессий и два вдоха.
Двадцать баллов за обучение навыкам начисляются за правильность демонстрации: цифры глубины и частоты — не украшение, а содержание навыка. При глубине меньше пяти сантиметров кровообращение не восстанавливается, при частоте ниже ста падает сердечный выброс, а при неполном расправлении грудной клетки нарушается венозный возврат. Проверка дыхания десять секунд — стандарт: за две-три секунды агональное дыхание не отличить от нормального.
В показе прозвучали все пять шагов: проверка сознания, вызов помощи, проверка дыхания в течение десяти секунд, компрессии с параметрами, продолжение до приезда скорой. Вы называете числа без подсказки. Манекен показывает глубину в зелёной зоне при ваших компрессиях.
Ошибка — показать компрессии, не проверив дыхание, и тем самым закрепить у слушателей неверный алгоритм. Вторая — давить на мечевидный отросток или на левую половину грудной клетки, что опасно разрывом печени. Третья — согнутые руки и давление силой мышц, из-за которого глубина не достигается и спасатель устаёт за минуту.
Эксперт смотрит на манекен и на руки участника: глубину по индикатору, положение ладоней, прямоту рук, темп. Каждый параметр оценивается отдельно, и один провал не закрывает остальные.
Шаг 5.3.2
Переходим к отработке: приглашаем слушателей по одному, каждый выполняет тридцать компрессий. Стоим рядом сбоку, чтобы видеть плечи и руки, и корректируем по одному пункту за раз: сначала положение ладоней, потом прямоту рук, потом глубину и темп. Хвалим за то, что получилось, поправляем руками, если нужно, и просим повторить. В конце задаём группе два вопроса на закрепление и просим одного слушателя проговорить весь алгоритм вслух.
Навык осваивается только через повторение, и критерий «слушатели обучены» проверяется действием, а не словами участника. Одна коррекция за раз нужна потому, что человек, которому одновременно говорят про пять ошибок, не исправляет ни одной. Проговаривание алгоритма вслух в конце — приём закрепления: то, что произнесено, запоминается примерно в полтора раза лучше, чем услышанное, и это прямой вклад в те двадцать баллов.
Каждый слушатель выполнил компрессии, и хотя бы у одного после коррекции индикатор глубины стал зелёным. Слушатель, которого вы попросили, назвал пять шагов по порядку. Вопросы группы получили ответы.
Ошибка — показать и не дать потрогать: группа уходит с ощущением, что видела, но не умеет. Вторая — поправлять по пять замечаний сразу и демотивировать слушателя. Третья — стоять напротив, а не сбоку, и не видеть, что руки согнуты.
Эксперт наблюдает за отработкой и за тем, как участник инструктирует: коротко, по делу, без унижения слушателя. Умение организовать практику — ключевой аспект модуля Б.
Действие 5.4. Завершить занятие и убрать площадку
Шаг 5.4.1
Подводим итог тремя пунктами: что делать в первую минуту, какие цифры держать в голове, куда звонить. Отвечаем на оставшиеся вопросы, раздаём памятку и показываем, где в ней какой шаг. Говорим, где можно продолжить обучение — курсы первой помощи при центрах медицины катастроф и учебных центрах, — и благодарим группу. Объявляем об окончании занятия и только после этого начинаем убирать оснащение.
Завершение — обязательная часть структуры занятия, и эксперты по коммуникации смотрят, есть ли оно: без резюме занятие выглядит оборванным. Три пункта в итоге работают на удержание: человек запоминает первое и последнее, а середина вытесняется. Раздача памятки — материальный след обучения, который эксперт видит в руках слушателей.
Итог прозвучал тремя сформулированными пунктами, вопросы получили ответы, памятка у каждого слушателя. Вы сказали спасибо и объявили окончание. Время занятия уложилось в отведённые минуты, никто не остался без памятки.
Ошибка — закончить на полуслове «ну, вроде всё» и начать собирать манекен, пока группа ещё слушает. Вторая — не ответить на вопрос, сославшись на время. Третья — раздать памятку без пояснения и не связать её с показом.
Эксперт отмечает наличие резюме и работу с вопросами. Резкое завершение без итога снижает оценку коммуникации при формально правильном показе и хорошей практике.
Шаг 5.4.2
Убираем площадку: манекен протираем дезинфицирующей салфеткой или раствором по инструкции, снимаем и обрабатываем лицевую маску, использованные салфетки и перчатки отправляем в отходы класса Б, бинт и жгут утилизируем или обрабатываем согласно их типу. Памятки и плакат складываем, стол освобождаем. Моем руки с мылом, затем обрабатываем антисептиком. Подходим к экспертам и объявляем о завершении работы, уточняя, нужно ли что-то ещё.
Шесть баллов за безопасность и эргономику начисляются и в модуле Б тоже: манекен контактирует с дыхательными путями и руками десятков людей, и без обработки он становится переносчиком. Порядок на площадке после занятия входит в общую оценку работы, а объявление о завершении — требование регламента: пока участник не сказал, что закончил, эксперты не начинают итоговый осмотр.
Манекен обработан и убран, отходы разделены, стол свободен, руки вымыты и обработаны. Вы объявили экспертам о завершении и получили подтверждение, что работа принята к оценке, а на столе не осталось салфеток.
Ошибка — уйти, оставив манекен и разбросанные салфетки на столе. Вторая — протереть манекен сухой салфеткой и считать его обработанным. Третья — не объявить о завершении и потерять минуты, которые эксперты отвели на осмотр.
Эксперт осматривает площадку после занятия и фиксирует порядок. Объявление о завершении отмечается в протоколе как обязательный элемент, без него осмотр не начинается.